Хозяйственная помощница для идеала (СИ)

— А в чем, собственно, проблема? — все же решаю узнать я, перетекая к Демиду на колени и усаживаясь сверху, но не посягая на ружье, хотя оно и вплотную, в самой опасной близости. Кладу ладони на широкие мужские плечи и терпеливо жду.

Громов закрывает глаза, на лице отражается сомнение, но руки тут же кладет мне на бедра, двигает их, приподнимает, и вот я уже, кхм, на полшишечки добыча.

— Мара, так нельзя, — Демид резко надавливает на мои бедра, опуская их вниз, и вот уже все. Гхм, даже не знаю, как это назвать. Оружие в обойме? Дичь на прицеле? Оружие такое большое, заполняет меня всю.

Начинаю плавно двигаться вверх и вниз. Мне сейчас очень хорошо и почему-то жутко возбуждает эта игра, как будто я нагло совращаю честного мужчину.

— Почему нельзя?

Прищурившись, наблюдаю за тем, какой эффект приносят мои движения. За страстью и удовольствием в глазах Демида.

— Так тоже нельзя? — спрашиваю, не дождавшись ответа и ускоряю темп.

Судя по тому, как довольно щурится Идеал, “так”, все-таки можно.

Немного выждав, замираю. Прищурившись, требовательно смотрю на шефа.

— Значит нельзя, да? Ну ладно, что же поделать.

Пойду тогда спать.

Поднимаюсь, но тут же оказываюсь перехвачена. Не дав выйти из джакузи, Демид прижимает меня к стене, приподнимает. Обхватываю его ногами за бедра. Разлука была недолгой. Теперь он яро и быстро двигается во мне. Приостанавливается, кивает куда-то наверх.

— Держись за перекладину.

М-м?

Запрокидываю голову вверх. Надо мной и правда есть длинный держатель для сушки полотенец. О, и за него так удобно держаться. Идеал задвигался еще быстрее, мощно вколачиваясь и больше не заводя разговоров про то, что можно и нельзя, а я практически вишу, прижатая к стене и мне остается только стонать от удовольствия.

Но потом я все-же спрошу у Громова, зачем ему держатель для полотенец именно над джакузи в не самом удобном для полотенец месте, но очень подходящем для… общения и глубоких интимных разговоров.

Позже обессиленно сползла обратно в теплую воду. По телу разливается истома и нега. Вот теперь это самое правильное и логичное окончание этого невероятного дня.

Рядом опускается Идеал, притягивает к себе, покрывает легкими нежными поцелуями лицо и плечи.

Блаженно и сонно жмурюсь, сладко зеваю и с удовольствием обнимаю Демида в ответ, кладу голову на широкое, сильное плечо. Кажется, начинаю засыпать прямо тут.

— У тебя, наверное, остались ко мне вопросы? — напоминает Громов.

— М-м? — приподнимаю голову и вопросительно смотрю на шефа.

— Ты задавала вопрос, почему нельзя.

— А-а… да мне уже неважно, — кладу голову обратно на столь понравившееся мне плечо и закрываю глаза.

До меня доносится хмык Демида.

— Логично, если оказалось, что можно.