Свой с чужим лицом

Морозец нынче крепкий, и волков с медведями тут хватает. А тебе еще и рацию нести. Твоя очередь, родственник ты хренов.

Братья привычно подтрунивали друг над другом, остальные привычно посмеивались.

Утренний мороз пощипывал кожу, но людям, пережившим под Москвой конец осени и начало зимы, этот мороз был не страшен. Да и утепляться бойцы научились.

В десять утра они поднялись из оврага и двинулись вдоль опушки. Им предстояло дойти до лесистого холма, перебраться на другую его сторону, изучить подходы к населенному пункту, нужному им.

С этой деревней было что-то не так. Лейтенант почувствовал это еще за версту. В населенный пункт, расположенный в низине за перелеском, вела дорога, расчищенная бульдозером и обрамленная снежными валами. На склоне стояли стройные сосны, под ними ютился низкорослый кустарник. Внизу просматривались крыши строений, скопления утлых сараюшек.

Разведчики рассыпались по откосу, держались подальше от дороги.

– Веселятся в деревне, товарищ майор, – прошептал Краев. – Слышите, как смеются?

Звуки веселья были неотчетливыми. Порывы ветра доносили крики, потом заработал трескучий мотор. Люди кричали по-русски. Смеялись несколько человек. Потом трескучий звук начал нарастать.

Разведчики отползли за деревья, молчали, ждали команды. Но Шубин безмолвствовал.

За деревьями стали видны мотоциклы. Они выехали из населенного пункта и поднимались по склону. Надрывно работали двигатели. Звук у них был весьма странный, что-то напоминал.

Шубин наконец-то сообразил, что это были советские мотоциклы ТИЗ АМ-600, оснащенные колясками, с усиленной ходовой частью. С 1936 года такие машины выпускал Таганрогский инструментальный завод специально для Красной армии и НКВД. Мотоциклы маневренные, оснащенные одноцилиндровым четырехтактным двигателем, сравнительно мощные, не требующие много бензина, способные разгоняться чуть не до ста километров в час.

Какую только технику ни бросали советские войска при отступлении! Теперь ее использовали местные коллаборационисты, так называемая полиция порядка. Их было девять. Трое в головной машине, по паре в трех остальных. В ватниках, ушанках, немецких сапогах, с белыми повязками на рукавах. У этой публики были до отвращения славянские лица, небритые, опухшие от чрезмерного употребления деревенского самогона. За плечами висели карабины, немецкие автоматы. На турели в одной из люлек был установлен советский пулемет Дегтярева."

"Колонна приближалась. У полицаев были важные сосредоточенные лица. Пулеметчик смотрел по сторонам рыбьими глазами. Однако разведчики сливались с местностью, и заметить их было очень трудно.

Мотоциклисты проехали мимо. Шубин решил их не трогать. Неизвестно, кто еще находится в деревне, и стоит ли вообще поднимать шум.