Ванька-ротный

Один царь как-то сказал своему визирю: "" Если бы у тебя на плечах была голова лошади, ты бы не был так глуп и не говорил мне всякой ерунды!"" Брошенная лошадь стояла одиноко среди холодных стволов и обледенелой травы. Ми тоже были одиноки и брошены и пребывали в полной неизвестности! Мы ещё не истекали кровью, но всё это будет потом, всё это ждало нас впереди! Что будет с теми и с командиром роты, которые ушли на тот берег? Как они будут переправлять своих раненых солдат, если там примут неравный бой? Кто их пошлет продукты и боеприпасы? С кем они держат связь? Переправа взорвана. Дорога назад им отрезана. Оттуда назад на бревне живым не доберешься. Кругом по-прежнему стояла угнетающая тишина. Холодок и небольшой ветер с реки хватали за спину. Мы постояли немного, посмотрели на тот берег и пошли назад к нашим ребятам. Выйдя по пути на край берега, я заглянул вниз. Берег в этом месте уходил в воду сплошной обрывистой стеной. Выйти на берег с воды можно было только в одном месте, там, где с парома выбралась наверх лошадь с повозкой. Это от моих лежащих за берегом солдат было не далеко. Наши солдаты лежали на открытом месте. Повсюду небольшие кочки, поросшие побелевшей от инея травой. Я положил дозорных на край обрыва, а сам прилег на кочку рядом со старшиной. К вечеру на дороге, по которой укатила телега и убежали саперы, показалась небольшая группа солдат. Они шли в нашем направлении. Когда солдаты приблизились и подошли к нам совсем близко, среди них я увидел знакомое лицо. Это был друг мой по военному училищу Женька Михайлов, с которым мы в Кувшиново ходили на танцы. Лейтенант Михайлов куда-то вёл небольшую группу солдат. Я поднялся с земли, и он увидел меня. Мы вышли друг другу навстречу и поздоровались.

– Ты из штаба полка? – спросил я его.

– Да! А ты тут что делаешь?

– Мы?

– Мы лежим у моря и ждём погоды!

– Наши два взвода с командиром роты переправились туда. А мы вот лежим у переправы и ждём их возвращения обратно. Нас привели, положили и велели ждать. А что делать, этого не сказали.

– А ты, Михайлов, куда держишь свой путь?

– 10 -

– Это твои солдаты?

– Да! Это полковая разведка. Я, так сказать, в полковую разведку теперь перешёл. Когда нас стали распределять после передачи из штаба армии, предложили в разведку. Вот я и пошел.

– Про вашу роту в штабе полка что-то говорили, но они не в курсе дела, что половина роты осталась здесь. Вашу роту целиком считают погибшей.

– Как погибшей?

– Так!"

"– При мне командир полка подполковник Ипатов докладывал в дивизию, он доложил, что немцы вышли по всему правому берегу к Волге. Вырвалась одна повозка, а батальон и ваша рота попали в плен.

– Он правда сказал, что солдаты сражались до последнего. Но сам понимаешь, истина, она между слов.