Курятник в пентхаусе

Анастасия дочерью вообще не занималась, только шпыняла ее по каждому поводу. Настя матери до обморока боялась. Хорошо хоть у нее был один друг, Илья Листов.

Я не смогла удержаться от вопроса:

– Кто?

– Илюша Листов, – повторила Вера, – сирота, он воспитывался в поселке математиков.

– Наши гости не местные, – сказала Ольга Андреевна, показывая рукой на окно.

– В двух километрах от нас, через лесок пройти, там на берегу реки поселок. Участки огромные, дома каменные. Всякие ученые академики там жили, многие наши у них работали, кто сторожем, кто водителем, кто за садом-огородом ухаживал.

Оксана, мать Ильи, хлопотала по хозяйству у… я забыла фамилию ученых."

"– Мендельсон, – подсказала Вера Семеновна, – Александр Семенович и Сара Яковлевна. Очень хорошие люди, добрые, отзывчивые. После рождения сына Оксана недолго прожила. Не помню, сколько мальчику исполнилось, когда она умерла. Ребенка хотели определить в интернат, но Мендельсоны взяли его к себе. У них был сын Павел, года на три-четыре старше Ильи. Родители хотели ему подарить брата, но второго ребенка у них не получилось. Илюша, как и Тамара, тихий, ходил чуть ли не на цыпочках, всех благодарил, улыбался.

Хороший мальчик, но с обучением беда была.

Нина поставила чашку под носик самовара.

– Есть дети, которым Господь подарил ум, память, но они ленивые, поэтому двоечники. Илюша же изо всех сил старался, но писать грамотно и считать так и не умел. У него какие-то изменения в головном мозге были. Мендельсоны его по всем врачам водили, доктора говорили:

– Радуйтесь, что паренек видит, слышит, ходит и говорит, адекватен, сам себя обслуживает. Да, он не гений, научите его какой-то рабочей профессии и живите счастливо.

Директор гимназии засмеялась.

– Сара Яковлевна стала искать у воспитанника талант, да Илюша сам его открыл, начал стричь девочек в классе, да так красиво у него получалось! К нему очередь стояла. Потом учителя стали Листова просить о прическах. Из него мог выйти отличный стилист. Но!

Вера замолчала, Ольга и Нина одновременно перекрестились.

Глава двадцать седьмая

– Они с Тамарой пошли купаться на обрыв, – продолжила Нина, – а там опасно. Вниз к самой воде не спуститься, надо прыгнуть, но с определенного места.

Если левее встанешь, точно на камни угодишь, мелко там. Справа сигать надо. Взрослые туда не ходили и детям запрещали. Дачники, которые от советов местного люда отмахивались, каждое лето тонули.

– Москвичей постоянно предупреждали, – вздохнула Нина, – плавайте в пруду, там безопасно. Ан нет, кое-кто ныл: «Вода грязная, подцепим инфекцию», и на обрыв, и капут им. Сара Яковлевна, когда Илья к ужину не вернулся, во все колокола забила, милицию вызвала, пообещала денежную награду тем, кто ребят отыщет.