Курятник в пентхаусе

Лето на дворе, жара, а на Марфе ботинки осенние, юбка до земли и кофта бесформенная. Так старухи наряжаются, которым уже без разницы, что на себя напялить. Местные над девочкой потешались. Она ни с кем не дружила, прекрасно рисовала, брала мольберт и шла в лес. И отлично вписалась в нашу с Пашей компанию. Нам было по двадцать, ей в то лето четырнадцать исполнилось, но разница в возрасте не ощущалась, Марфа читала те же книги, что я и Павел. Она была умная, добрая, думающая, не дура, как все ее ровесницы. В конце лета Павлуха прибежал ко мне весь нервный.

– Витёк! Мы ребенка ждем.

Сначала я не понял. Какого ребенка? Кто ждет? Где? Потом до меня дошло. Идиот я был, конечно, засмеялся.

– Сбылся кошмар Елизаветы.

Потом осекся, смотрю, у друга губа трясется, он попросил:

– Спрячешь нас, когда понадобится?

У меня год назад родители погибли, дорогу переходили на зеленый свет. Выскочил «КамАЗ» и сбил их, водитель сознание за рулем потерял, инсульт. Никто был не виноват. Я один остался, дом большой. Да если бы был маленьким, так же бы ответил:

– Конечно. Живите, сколько хотите.

Павлуха чуть не заплакал.

– Спасибо. Мы из Совина убежим."

"Я его молча слушал, не возражал, на аборт девушку отправить не предлагал, знал: Паша Марфу больше жизни любит, а она с ним хоть на край света, хоть крокодилу в пасть пойдет. Младенца, который появится, родители обожать будут. Но как им жить? Денег где взять? Ну удерут они, так Сара Яковлевна на ноги всю Москву поставит, найдет сына. У Елизаветы таких возможностей нет, она в милицию кинется, сомнительно, что там зашевелятся. А вдруг найдут беглецов, Павлухе тогда срок грозит. Ситуация типа атас. Павлу было двадцать, он диплом получил, вуз окончил.

Поступил в институт в пятнадцать, сразу в школе в третий класс пошел, умный и талантливый. Марфа – школьница, ей четырнадцать, скоро на год больше станет, но не восемнадцать же! Бесполезно говорить: «Девочка в сто раз умнее и образованнее своих сверстниц, она взрослая давно». Не сработает это. Закон есть закон. Любовница несовершеннолетняя? Шагом марш на зону! Елизавета своего добьется! Может, и обойдется, не сядет Павлуха, но Марфу мать точно на аборт потащит. Что делать? Павел решил проблему. Всех подробностей даже я не знаю, в курсе только, что у него был одноклассник, отец которого, уголовник со стажем, был в криминальном мире очень уважаемым человеком. Мендельсон с парнем за одной партой сидел. Ну и помогал тому на контрольных, успевал на математике два варианта решить: свой и приятеля. Авторитет об этом знал, Пашу всегда в своем доме с радостью встречал. Мендельсон к мужчине часто заходил. С одноклассником он особой близости не чувствовал, просто по доброте душевной того за уши по ухабам знаний тащил.