Ваш кофе, босс!

Он рассмеялся.

– Вы неподражаемы, Вера!

– Я же не виновата, что в кофейне из торгового центра работают сплошные юмористы!

Улыбнувшись, я устроилась напротив него и положила в свою чашку пакетик черного чая.

Странно, он был у меня в гостях впервые, но мне не было неловко от того, что вокруг беспорядок, а в правом углу лежат не доклеенные обои. Калинин распространял вокруг себя какую-то позитивную волну обаяния, и это заглушало все остальное. А от того, что у нас с ним была совсем небольшая разница в возрасте, я впервые в жизни не чувствовала себя рядом с мужчиной маленькой и глупой девочкой.

– Наверное, сложно не чувствовать вкуса? – с сочувствием взглянула на Калинина я.

– Если учитывать тот факт, что еще полгода назад я слыл гурманом, до, да. Сложно. Меня как будто лишили самого важного удовольствия в жизни.

– И что, вкус никак нельзя вернуть?

– Никто не знает. Доктора разводят руками.

– Будем верить, что все вернется.

Он вздохнул.

– Когда вы так говорите, мне тоже хочется в это верить. Честно говоря, по ночам мне до сих пор слышится смех моей маленькой дочки.

– Вы скучаете по ней? – сорвалось у меня.

Он покачал головой.

– Не просто скучаю. После ее отъезда в Германию вся моя жизнь раскололась на до и после…

– Как жаль.

Мы немного помолчали.

– Макс, а у тебя дома есть елка? – вдруг спросил Ярик.

– Нет. У меня дома есть только медведь, – покачал головой Калинин.

– Настоящий?!

– Ну, почти.

– И у нас нет елки. Мама говорит, что елку можно будет принести только после того, как мы поклеим обои. А доклеить одну стену она не успела.

– Сегодня мы задержались. Там клеить-то всего пять полос осталось.

– Точно? – сморщил носик Ярик.

– Точно.

Мы допили чай, и Калинин начал собираться. У входной двери он обернулся.

– Спасибо за чай, Вера.

– И вам спасибо, – улыбнулась я.

– Увидимся завтра? – он, будто невзначай, коснулся моей руки, и по коже полетел ворох восхитительных мурашек.

– Обязательно.

– Я буду ждать.

– Я тоже.

Его откровенный взгляд, мое смятение, замирание сердца… Его губы так близко, что мне предательски хочется закрыть глаза…

– Пока, Макс! – вклинившись между нами, во все горло завопил Ярик и бодро протянул Калинину свою маленькую руку.

Мы отпрянули друг от друга, а потом переглянулись и рассмеялись. Да, дети живо отрезвляют и заставляют вернуться в реальность.

Калинин вышел, и я заперла дверь. Вот значит, как бывает, если Купидон ради развлечения прицелится в зимнем парке?

Возвращая меня с небес на землю, в телефоне противно завибрировало сообщение.

«Вера, привет. Тест отрицательный, завтра я выхожу на работу. Ты уходишь в отдел документооборота.