Вспоминай меня ночью

Ожидал…

– Где она?

– Ричи, мы пройдемся с Алексом. Внутрь не ходи – псинки покусают, не соберем потом… – не отводя от меня взгляда, небрежно предупреждает он Ричи.

И тот, не комментируя, идет к тачке:

– Я подожду, – негромко кидает мне и садится внутрь.

– Пойдем… – кивает Ольваре головой на тропинку рядом с домом, и я делаю несколько шагов в темноту из-под фонарей, освещающих забор. – На*ера ты приехал?

– Ты знаешь…

– Отступись от нее.

– Только, если она… захочет.

– Ну, какой смысл? Ты же «игрушка»!

– С сегодняшнего дня – нет.

– Но я видел…

– Я был там минут десять по просьбе Валери. Отцепил от себя эту суку и ушел. Все. Позови ее.

Жутко бесит необходимость объясняться с ним – хочется вколачивать в него кулак, пока кожа не сойдет пластами с его лица. Но она сейчас в его власти. И поэтому я зажимаю свои порывы и уговариваю тело просто двигаться рядом.

Он медленно идет и молчит – переваривает сказанное.

– Зачем тебе она?

– Люблю…

– Любишь?! Тогда не превращай ее жизнь в ад! Она наплакалась и накричалась уже сегодня – завтра ей полегчает.

Наплакалась?!

НАКРИЧАЛАСЬ?!

Словно врезаюсь в кирпичную стену. Не могу идти дальше. Потому, что это - все дальше и дальше от нее. И она - там… Я нужен ей!!!

– …Я скормил ей тройную дозу снотворного, и она спит. Если ты уйдешь, через несколько дней она все забудет и будет жить нормально.

– Забудет?! Нормально?! – срывает меня. – Это как, бл*ть, нормально? С тобой? Да она до сих пор во сне подпрыгивает от каждого неосторожного касания, мудак!

Останавливается, видимо врезаясь в ту же кирпичную стену. В темноте только наше шумное дыхание.

– Знаю! – рявкает он. – Знаю и помню про это каждый е*аный день! Не со мной. Но и не с тобой.

– Не-е-ет… Она сама будет решать это!

– Не надо ей ничего решать, Алекс… – вздыхает. – Будь мужиком, реши сам. Ты подумай просто, на что толкаешь ее… ты хоть представляешь, какое количество дерьма на нее выльется? Отец временно отпустил ее поводок, но, как только, он узнает о твоей нескромной кандидатуре… Ей никуда не деться – она, все равно, публичный человек, потому, что член этой семьи. Еще год назад ее воспринимали как ребенка, вздорного и своенравного, все эти ее танцы, друзья... Он позволил ей из дома сбежать, наблюдая за каждым шагом. Мои люди следили. И Майклу этому по его инициативе девок подложили. Хотя, он только рад был. Отец будет давить. Жестко. Вместе с Вэл они сломают ее – это без вариантов. Отступись. Ей будет больно завтра, послезавтра, неделю… И все. А если она будет с тобой, то ей будет больно всегда. Не объясняй ты ей, что не было там ничего. Пусть считает, что ты - мудак. Просто сделай это ради нее. Пока она не влюбилась в тебя! Неужели это не стоит того, чтобы она нормально жила, без всей твоей грязи?

– Стоит.