Вперед в прошлое 9

— Ты созвонилась с продавщицей участка, все в силе?

— Она сама набрала меня еще утром, — отчиталась мама. — В два часа дня у нас сделка. К нотариусу записала, все в порядке. Шевкет Эдемович тоже звонил, просил, чтобы ты его набрал. Волнуется.

Вот теперь точно можно выдыхать, ведь была вероятность, что сделка сорвется, и придется выбивать задаток. Остался маленький, но нервный шаг — визит к нотариусу и передача денег, и можно отпраздновать приобретение земли.

И еще остались тридцать акций «МММ», которыми можно поиграть и продавать их последовательно: пять после нового года, потом еще пять, а последние пусть лежат. Как только я узнаю о начале гонений на Мавроди, продам оставшиеся. Но друзей начну убеждать, чтобы продавали акции сразу после праздников."

"Я сразу же заказал разговор с дедом, пообещали соединить с ним через пятнадцать минут. Все это время мама стояла над душой и перетаптывалась с ноги на ногу. Дождавшись, пока я освобожусь, сказала полушепотом:

— Я тут подумала… мы же огромную сумму будем везти! Опасно. В общем, нас повезет Василий Алексеевич.

Конечно, очень хотелось бы, чтобы она не обсуждала мои дела с ним, но, видимо, это невозможно, она не понимает, что следует говорить, а что — нет.

— Хорошо, — сказал я и кое-что вспомнил: — Я продал свои акции «МММ», пришло время. Тебе тоже советую от них побыстрее избавиться. Кстати, сколько их у тебя?

Мама сделала брови домиком, оглянулась на спальню, будто в поисках поддержки, и выдала:

— Но почему продавать⁈ У меня пять акций, и они будут расти в цене!

Так и знал, что придется попотеть, убеждая ее избавиться от акций.

— Потому что еще немного, и пирамида рухнет, — ответил я.

— Но пока рухнет, я заработаю столько же, сколько есть сейчас!

Из спальни выглянул Борис, он только сейчас более-менее отошел от стресса и перестал дрожать, что за ним придут из милиции, но видя, что ни о чем интересном мы не говорим, удалился. Он-то свои акции уже скинул.

— Именно от жадности все и прогорели, — сказал я о крушении «МММ», как о свершившемся факте. — Все думали, что вот еще немножко подождем, через неделю продадим. Ой, нет, много потеряем, еще через неделю. И еще через одну, а потом вдруг — ой! А почему пункты закрыты? Почему Мавроди в тюрьме? Ой, ой, верните мои деньги! Как же так, все ж хорошо было!

Мама покраснела, ноздри ее раздулись — видно было, что она со мной не согласна, а отчим тем более не будет согласен. Он будто услышал мои мысли и спикировал на них коршуном на лань. Пришлось еще раз рассказывать принцип работы финансовой пирамиды, с цифрами и разъяснениями.

Дед позвонил, как только я закончил объяснять, оставив Алексеича, несогласного с моими доводами, пыхтеть с калькулятором в попытке доказать, что сверхприбыль можно обеспечить разницей курса купли-продажи.