Сноха

— А почему ты не сказала Лимпу про картины? — строго спрашивает меня Косогоров за завтраком. В эркере, откуда открывается панорама на Старый город, накрыт круглый стол. Роберт с удовольствием поглощает хлопья с молоком, а мы с Вадимом довольствуемся настоящей овсянкой и беконом.

— Теперь я понимаю, почему эту дрянь разбавляют виски, — морщится Вадим и добродушно замечает. — Олюшка, я задал тебе вопрос.

— Не знаю. Не была готова для громких заявлений.

— Ты передумала?

— Нет. Просто побоялась попасть под раздачу. Тут два варианта, Вадим, — тихо говорю я. — Первый, я знаю, что мой отец замалевал картины великих мастеров, и тогда просто обязана сообщить в полицию. Сразу, понимаешь? Вот только я этого не сделала. Не заявила в тот день, когда обнаружила второй слой. Но я не эксперт и понятия не имею, замазал ли папаша работу известного мастера или просто нарисовал свое поверх какой-то дешевки, купленной на рынке. Второй путь, и я выбрала его, это искренне считать картины, оставленные кем-то в моем доме, папиным творчеством. При этом я не обязана сообщать полиции об их перемещении. Глупо оговорить себя и подставить Найтов…"

"— Они могут на тебя настучать, — глухо рычит Косогоров. — И Джейк попросил, чтобы ты сама сообщила полиции.

— Я не смогла, — признаюсь честно. — Мы можем перевезти картины на любой склад длительного хранения. И всех уверять, что это картины моего отца.

— Твои уверения никого ни в чем не убедят, дорогая, — морщится Косогоров.

— У меня есть на них документы. Заключение эксперта, что полотна не представляют никакой исторической ценности. Откуда мне было знать что-то другое?

— Тогда все просто, — хитро улыбается Вадим. — Переправим картины в Россию, а там как-нибудь исхитримся вернуть их в музей… Теперь главное, чтобы Найты не проболтались…

— В Европе принято доносить при каждом удобном случае. Но я все-таки надеюсь на их порядочность, — заявляю я и начинаю смеяться. Все, на кого я надеялась, меня подставили. Кирилл, Юэнн, Нора… Люди, которых я считала самыми близкими, вытерли об меня ноги и пошли дальше. А Найты… Им сам бог велел. — Возможно, я сваляла дурака, — бурчу недовольно.

— Прорвемся, — рыкает Косогоров. — Нужно найти подходящий склад и эту сраную экспертизу. Все остальное, не твоего ума дело, Олюшка.

— Ты что-то задумал?

— Есть пара идей. Но мне еще нужно их обмозговать. Если нас тут ничего не держит, то возвращаемся в Портобелло за документами. По дороге в аэропорт вручаем их Найтам и даем деру.

— Что ты имеешь в виду? — смотрю во все глаза на Вадима.

— Дело пахнет керосином, моя хорошая. Я-то тебя из тюряги выкуплю, вот только зачем туда попадаться? — криво усмехается он. — Поэтому завтракаем, и в путь…

План Косогорова неожиданно приходится мне по душе.