Адрес отправителя – ад

Он сволочь, деньги еще как брал, все знают!

– Ну надо же, – поразилась Надежда, – а с виду такой честный. Прямо хоть в пионеры принимай!

– Вот-вот, и потом, ну сами посудите, стали бы эти, из ГНК, для того чтобы Каморного прикончить, свою собственную бензоколонку взрывать? Ведь это три миллиона долларов!

– Да, такая цифра впечатляет. Кстати, не знаете ли вы, кто там орудовал? Идентифицировали того человека, который поджег бензоколонку и Каморного вместе с ней? Прошли сутки, а эти, в средствах массовой информации, ни гу-гу. Вот когда Каморный был, то, конечно, оперативно работал, все сразу узнавал и – в эфир.

– Я мало знаю – только то, что, по некоторым признакам, это оказался вовсе не работник бензоколонки, а посторонний человек.

– Что значит – посторонний?

– То и значит. Обгорелый труп того самого дежурного, что должен был быть на месте, нашли в кладовке. То есть преступник оглушил его, взял спецодежду и начал действовать. А кто это был – пока неизвестно.

– Стало быть, у вас нет подходящей версии, и выбора тогда нет, соглашайтесь на мое предложение – искать списки.

– Так-то оно так, но неужели вы думаете, что если действительно какой-то маг там злодействует, то он будет списки составлять?

– Понимаете, стоимость этих занятий довольно высокая. Двадцать долларов за сеанс, это за десять занятий получается двести долларов. А раз берут деньги, то должен быть учет. Ведь это же коммерческое учреждение, стало быть, бухгалтерия должна быть. Ну конечно, не все показывается, уклонение от налогов, это понятно, но какой-то учет обязательно там есть.

– Что ж, поверю вам, рассуждаете вы довольно логично.

– Вот и ладненько, а теперь везите меня быстрее домой, а то уже полпервого.

Всю дорогу Надежда отвлекала его пустой болтовней, чтобы он не успел спросить, за каким чертом ей-то, Надежде, сдалось все это расследование и зачем она влезла в это опасное дело.

На следующий день после убийства Каморного в кабинете директора канала ПТЦ сидели Алена Багун и сам Пал Палыч. Секретарше Катерине было велено лечь у двери и никого не пускать, пусть хоть сам губернатор заявится – нет, и все! Судя по внешнему виду, происшедшие трагические события никак не сказались на Алене, только чуть резче выступили скулы да чуть больше обычного запали глаза, но это можно было списать на усталость и недосып.

– Что делать будем, Пал Палыч? – нарушила наконец Алена тягостное молчание.

– Сухари сушить, – грубо ответил он. – Потому что не знаю, как ты, а я точно с этого места скоро слечу. Одни старухи чего стоят. Сегодня еле на работу проскочил.