Адрес отправителя – ад

"

"Как выяснилось вскоре и обсуждалось в интернатских кулуарах, у Елены Сергеевны была бурная биография. Она окончила медицинский институт по специальности «детская психиатрия», после чего с мужем – корреспондентом-международником уехала в Штаты на несколько лет, стажировалась в Калифорнийском университете, изучала психоанализ. По прошествии нескольких лет мужа перевели в Москву, а Елена Сергеевна почему-то вернулась в свой родной Санкт-Петербург и устроилась в интернат, да не кем-нибудь, а сразу директором. Как единодушно решил персонал, у новой директрисы огромная лапа и в РОНО, и в самом министерстве.

Валерия Петровна, хоть и не принимала участия в обсуждении внешних и внутренних качеств новой начальницы, не могла не согласиться с предположениями насчет лапы.

Им, работавшим в интернате много лет, замкнувшимся в своем маленьком мирке, не дано было знать, что интернат, в сущности, доживает последние дни. Здание находилось в угрожающем состоянии, денег на ремонт взять было неоткуда. Брошенных детей с отсталым умственным развитием с годами становилось все больше, работать с ними было все труднее.

То есть педагоги и обслуживающий персонал интерната, разумеется, видели и нищету, и недостаток медикаментов, и зарплату им частенько задерживали, но такое ведь никого не удивляет в бюджетной организации. А между тем горздрав и ГОРОНО пытались спихнуть друг на друга проблему интерната; оттого и выскочила на пенсию прежняя директриса, с трудом дождавшись положенного возраста, что не было у нее больше сил тянуть этот хомут.

В общем, вопрос закрытия интерната стоял на пороге, и тут подвернулась Елена Сергеевна.

Чиновники из ГОРОНО и горздрава заразились ее энергией и жизнерадостностью и сказали в приватной беседе, что она молодая – ей и карты в руки: пусть ищет спонсоров и деньги, жизнь ста восьмидесяти детей зависит от нее.

Елена Сергеевна взялась за дело с огоньком. Она носилась по городу на своем «фольксвагене», искала спонсоров и деньги. В интернате замелькали разные люди на иномарках.

Валерии Петровне все не нравилось в новом директоре: ее громкий голос, ее слишком белозубая и слишком широкая американская улыбка, ее манера приходить на уроки в любое время без предупреждения, да еще приводить толпу народа.

Все смотрят, детей расспрашивают, урок срывают. Дети после ухода многочисленных визитеров приходили в возбуждение, смеялись и совершенно не слушались.

Когда удавалось поймать директрису на месте, Валерия Петровна пыталась с ней поговорить, но это было трудно.

– Дорогая моя Валерия Петровна! – кричала директриса.