В плену Гора
О чём книга «В плену Гора»
Фокин беспокоится о своей карьере, пытаясь сбить с трекла начальства. Он нервно перебрасывает бумаги и мышкой по клавишам компьютера, пока я его раздраженно наблюдают. Вот он вновь находит мое недовольное взглядом - резко отключает все. Я учуствуя необычайное напряжение, как только понимаю, что именно приводит к этому взрыву нервов....
И ох, как мне стыдно стало! И горячо! И душно!
Особенно, потому, что этот каменный остолоп молчал! И смотрел на меня! И усмехался так…
Многозначительно!
Не может быть! Не может такого быть, что мы с ним…
Да бред! Я бы почувствовала, я бы поняла, я бы…
От ужаса подпрыгнула опять, скинула с себя покрывало, потом тут же торопливо натянула его обратно, отползла к краю дивана, шлепнулась с него, вскочила, сделала еще шаг назад, придерживая покрывало, натолкнулась на какую-то хрень, чуть не упала, ойкнула…
Короче говоря, в панике наделала много чего, и неизвестно, на чем бы остановилась, но тут подполковник как-то очень резко и в то же время плавно переместился со своего места ко мне.
И не дал упасть. Подхватил.
Вот так и сгреб в свои лапы, прямо с покрывалом, как улитку с домиком. Или устрицу с раковиной.
- Да что вы себе!"
"Я начала трепыхаться в его руках, дергаться, еще больше путаясь в покрывале, краснея и все сильнее свирепея.
- Утихни, ты сейчас свернешь себе шею, - низко и спокойно проговорил он, легко сминая мое сопротивление, перехватывая одной рукой поперек тела так, что не шевельнешься, а второй приподнимая за подбородок невыносимо властным , хозяйским таким движением, - кошка глупая…
Я замерла, глядя в его глаза, которые теперь, без отражения огней в зрачках, в полутьме комнаты казались черными и гипнотическими. Дьявольскими.
Подполковник наклонил голову, и я поняла, что он хочет сделать. Сердце зашлось диким стуком, горло пересохло.
- Вы не смеете… - прошептала прямо в губы за мгновение до того, как он меня поцеловал.
И в этот раз это было совсем не так, как во сне, который оказался реальностью. Нет! Гораздо ярче, гораздо грубей. И гораздо безумней.
По крайней мере, с ума успела сойти. Потому что не сопротивлялась. Вцепилась в края покрывала до боли, не в силах вытащить руки, настолько крепко он прижимал меня, дернулась пару раз бестолково, как птица в силках, спелёнатая проклятой мягкой тканью и его лапами, и… Позволила себя целовать.
Так, как ему, жестокому каменному истукану, хотелось.
Жадно, долго, с яростью и прикусыванием. Нисколько не нежно, а словно вымещая на мне свою злость. Ненависть даже. Я весь спектр ощущала, погружаясь в него вместе с этим темным зверем, заставляющим испытывать то же, что и он.
Отстраниться никак не могла, подполковник перехватил меня за затылок, фиксируя жестко и умело.
Голова кружилась, кажется, даже сильнее, чем во сне, до этого. От его жадных губ, терзающих меня, по всему телу толчками разливалось непонятное ощущение: дрожь, электрическими импульсами бегущая по коже, обрывающаяся теплыми точками на кончиках пальцев. И пульсирующая, мягко , но неотвратимо.
Я буквально потерялась в происходящем безумии, а подполковник, пользуясь моей растерянностью, только усиливал напор.
