В плену Гора
О чём книга «В плену Гора»
Фокин беспокоится о своей карьере, пытаясь сбить с трекла начальства. Он нервно перебрасывает бумаги и мышкой по клавишам компьютера, пока я его раздраженно наблюдают. Вот он вновь находит мое недовольное взглядом - резко отключает все. Я учуствуя необычайное напряжение, как только понимаю, что именно приводит к этому взрыву нервов....
И, после недавнего происшествия с выродком Росянским, они стали еще более отчетливыми.
Это Максик может позволить себе в Робин Гуда поиграть. Я – нет. У меня другая роль. Хорошо, что определилась с ней более-менее четко. Жаль, что долгих пять лет ждала.
В принципе, эта встряска мне по делу.
Стремно только, что оказалась подполу обязанной. Спас все-таки. А потом… Потом не повел себя по-скотски. А мог.
Это теперь я уже осознала, что все , произошедшее в той большущей бочке, одуряюще пахнущей смолой и пихтой, не было сном. Что я реально приставала к нему, гладила и позволяла себя целовать.
Короче говоря, вела себя , как озабоченная дура. Овца.
Хуже было только дальнейшее поведение.
Когда начала на него вешаться в гостиной. Сама. Опять сама.
Да что происходит-то такое со мной?
Честно говоря, была уверена, что эта сторона жизни не интересна от слова «абсолютно». С моим опытом такое не удивительно нисколько. Ладно, хоть от мужиков не шарахалась.
Но чтоб сама, САМА! Полезла с поцелуями, упрашиваниями к мужику… Да еще и к кому! К каменному подполу!
Рехнулась, не иначе. От переохлаждения и перепада температур головой повредилась.
Но это ладно. Ладно. Самое главное в другом.
Главный вопрос, который меня мучил уже полчаса , прямо вот с той минуты, когда проснулась в незнакомой спальне, на незнакомой кровати. Одна. С четкой картинкой произошедшего в голове. Без каких-либо лакун и прочей потери памяти, которой могут грешить томные нежные девы…
Прям с восстановлением по минутам всех событий…
Последовательно испытывая сначала страх, потом ненависть, потом жгучий стыд, потом… Сука, почему-то возбуждение, особенно, когда глаза подпола вспомнились, лапы его каменные на талии и хриплый вопрос: «Хочешь меня, Кошка?»… Черт! Потом опять стыд, потом опять возбуждение… Ну а потом – вот она! Ненависть!
И теперь, внимание, вопрос!
Почему этот мерзкий, этот наглый, этот каменный сучара не трахнул меня? А?
Вот какой он после этого подполковник?
Если женщина просит! Почему не сделал того, чего я хотела?
Гад! Какой феерический каменный гад!
Я впервые в жизни, впервые!!! И, может, вообще больше никогда меня так не пропрет!
Я захотела близости от мужчины! Обычной, простой близости! Секса! С тем, кого я хочу! С тем, кто мне приятен! От кого не пахнет гнилью и затхлостью. От одного голоса которого поджимаются пальцы на ногах, дрожат колени и тупо ноет низ живота?
Да я даже не знала, что так бывает! Не знала!
И лучше бы не знала.
Потому что вспомнила, и опять…
Ненавижу.
