В плену Гора

Почему я никому не говорила? Так я оттуда сама слиняла следом за ней. И возвращаться не собиралась…»

Я закрыла ноутбук, отъехала вместе с креслом к окну, бездумно уставилась на снег и озеро, чуть было не ставшее моей могилой.

Глаза уже были сухими.

Ком в горле пропал, так и не вылившись полноценной истерикой.

И вместо него поселилась холодная отстранённая ярость.

Потому что теперь было понятно, по какой причине подполковник, этот гребанный эстет с белым воротничком и безупречной репутацией и вкусом, резко перестал меня хотеть."

"Одно дело спать с бабой, загадочной, прикольной и на равных с тобой, а другое… С такой, как я.

Ущербной, покалеченной и грязной.

Такую можно только жалеть.

Вот он и пожалел.

Сука чистоплотная.

Копался, копался и докопался. Шкура ментовская. Нельзя верить ментам. Нельзя!

Максик, как ты мог так нас подставить!

А я -то, я!

Дура!

Напридумывала себе! Эмоции! Секс! Отношения!

Провалилась в это дерьмо, которое вообще, абсолютно не для меня!

И, пока тут в сладкой вате плавала, Гор методично искал информацию.

Наверно, данные по мне пришли в числе прочих, наверно, даже не требовалось дополнительного доследования. Но что-то зацепило, заинтересовало…

И теперь у него полный расклад по мне, овечке тупой, наивной.

И даже данные гинеколога, где прямо указано, что в шестнадцать лет я уже не была девственницей.

Так-то ничего особенного, но ему потребовалось больше информации.

И вот она, информация.

Я помнила Аньку, высоченную глуповатую деревенскую девку, которую со стойбища привезли. У нее мать русская, а отец – кто-то из этих северных.

Дикая была она, совершенно, ничего не знала, борщ впервые в столовой увидела, не жрала, боялась цвета!

Как они ее найти умудрились?

Но нашли. И получили информацию, стыдную для меня, ту, о которой я старалась забыть, затолкать подальше. Поглубже. Не удавалось, но большую часть времени все же получалось жить нормально. А в последнее время так вообще замечательно.

Но нарыли, вытащили на свет мое дерьмо.

Зачем-то.

Я посмотрела еще немного на снег, выбирая из нескольких вариантов единственно верный. Вся апатия моя, вся покорность, замешанная на эмоциях и кайфе от постоянного секса – улетучились моментом.

Я словно встряхнулась, пришла в себя, перестав быть слабовольной тупой овцой, благостной идиоткой, восторженными глазами отслеживающей каждое движение своего безупречного самца.

И, наверно, этому надо радоваться.

Вот и порадуюсь.

Потом.

А пока надо действовать. И быстро. Не исключено, что подпол уже названивает, возмущенный моим самоуправством. Или даже едет домой.

Будем надеяться, что это не так.

Код от сейфа замечательно совпадал с кодом от ноута и от входной двери. Поразительная беспечность.

Я прихватила пачку наличных, так, чтоб хватило на все.