Большой секрет Анаит

Не злость за то, что нарушила их планы, а именно обиду. С чего бы?

— А я сразу понял, что ты шлындралась с кем-то. По одежонке твоей проститутской! Ты дрянной крови, гулящая, прямо как твоя мать… — отец выплюнул это и резко захлопнул рот.

Анаит опешила.

Мама была с ней очень недолго, но Анаит сохранила о ней самые радостные, самые светлые воспоминания.

— Не смей говорить плохо о маме! Она была святая женщина, я не знаю, как она выбрала такого, как ты…

Это последнее, что ей дали сказать.

Отец резко подался вперед и наотмашь врезал ей ладонью по щеке. Анаит не удержалась на ногах, вскрикнула и упала, схватилась за щеку.

Неожиданно ее загородил собой Багиш:

— Отец, не надо…

Тот отпрянул, строго глядя то на сына, то на дочь. Потом громко выдохнул и зарычал:

— Я не могу с ней разговаривать… Багиш, забери ее от греха подальше, а то прибью дрянь. Отвези в наш дом в деревне, там соседей нет, самое место. Да запри покрепче и следи в оба глаза, чтобы никуда не делась. Пусть посидит, пока не одумается…

— Дядя Ваграм ее не девочкой не возьмет, — покачал головой Багиш. — Только опозоримся. Папа, может быть, мы похороним эту идею?

— Сын, вот ты вроде умный, но такой тупой! — зло выплюнул отец.

Глава 29. Рыцарь без доспехов

Дима не понимал, почему Анаит так уперлась по поводу своего экономического. Не мог предположить, зачем ей приспичило поступать в другой университет. Но абсолютно точно знал, что ругаться с любимой не хотел. Зачем ему с ней ругаться? И потом, может быть, она передумает? Прислушается к голосу разума, к его голосу. Ведь она такая покладистая, ласковая и послушная — идеальная для него.

Было обидно, что она так уперлась из-за сущего пустяка, но доводить спор до глобального конфликта он не собирался. Еще чего? Нет в этом мире таких поводов, чтобы вдрызг разругаться с Анаит.

Мириться хотелось так, что все тело зудело, будто искусали комары.

Он бродил по городу часа два, пока совсем не успокоился и окончательно не заскучал. Потом зарулил в цветочный, купил букет ромашек и пошел домой.

Он помирится с Ани, проведет с ней шикарный вечер, а серьезные разговоры они отложат на время, вернутся к ним, когда приедут в Краснодар.

Однако все пошло слегка не по плану.

Еще в прихожей Дима обнаружил, что дома что-то не так. Возле коврика в прихожей стояли белые босоножки — мамины.

— Мам? — позвал он.

Дима нашел родительницу на кухне, попивающую заваренный Анаит чай с чебрецом. Она с упоением грызла пресное печенье, которое испекла его любимая. Однако, завидев сына, мать чуть не поперхнулась, взглянула на него как-то странно, будто с нотой беспокойства.