Последний рассвет

Если вы примете от нас деньги, вы пожертвуете самолюбием и гордостью, рискнете карьерой. Если женитесь на нелюбимой… ну, сами все понимаете. Но жертвы неизбежны, вы должны отдавать себе в этом отчет и никого не винить в том, что вам приходится их приносить."

"Домой Антон возвращался в полном отчаянии. Он понимал, почему Эля влюбилась в этого человека. И понимал, что ничего не рассосется. Там все всерьез и надолго.

Глава 7

– Ну и что тебе рассказал юбиляр Букарин? – спросил Антон, встретившись на следующий день после обеда с Дзюбой, который с утра должен был раздобыть списки приглашенных на прием 20 ноября. – Списки принес?

Роман молча вынул из сумки файл с распечатанным списком, состоящим из нескольких сотен имен.

– Круто! – присвистнул Антон. – Мало нам не покажется. А рассказал что-нибудь?

Николай Букарин очень переживал по поводу убийства жены Игоря Панкрашина, поскольку относился к последнему весьма тепло и всячески демонстрировал готовность оказать любую посильную помощь. В ответ на просьбу предоставить список приглашенных немедленно вызвал помощника и велел подготовить требуемую бумагу. Даже предложил кофе, от которого Дзюба, естественно, не отказался: кофе он не особо любил, предпочитал чай, но ведь у хороших хозяев вместе с кофе подают что-нибудь съедобное…

– А зачем вам списки моих гостей? – полюбопытствовал Букарин.

– Хотим установить, с кем могла контактировать Евгения Васильевна, – охотно пояснил Дзюба, размякший при виде принесенных хорошенькой секретаршей вазочек с пышными творожными треугольничками. – Мы опросили мужа погибшей и еще кое-кого, и получается, что она за весь вечер разговаривала только с Аллой Анищенко, еще с двумя дамами, которые стояли вместе с Анищенко, и с Виктором Волько, а больше ни с кем. Как-то странно получается. Неужели действительно среди такого количества гостей у Евгении Васильевны не нашлось других собеседников?

При упоминании имени певца лицо Букарина исказила гримаса презрения.

– С Волько? – переспросил он недоверчиво. – Интересно, о чем это жена Игоря могла с ним разговаривать? Вы у самого Волько спрашивали?

– Спрашивали, – подтвердил Роман. – Он ее не помнит. Совсем не помнит. А она, между прочим, от Волько была в полном восторге, говорила приятельницам, какой он чудесный, милый, обаятельный и дружелюбный.

На этот раз презрительное выражение лица бизнесмена сменилось неподдельным изумлением.

– Да что вы? Прямо так и сказала? Ну надо же! Знала бы она, какой он милый и обаятельный на самом деле! Полный урод! Обещал спеть пятнадцать номеров, деньги взял за пятнадцать, договорились на три выхода по пять номеров с перерывами на полчаса, чтобы певец мог отдохнуть.