Чужая дочь
- автор: Елена Арсеньева
О чём книга «Чужая дочь»
В утренних сумерках автобус Говорова остановился неподалеку от заброшенного детского дома, и сразу же он был окружён вооруженными мальчишками. Внутри кабины происходило оживленное общение: "Стой! Пароль!", сопровождаемое жестами и неуклюжими взмахами автоматов. Здесь каждый знал свою роль, каждое движение было строго учтено, как будто мир в этой части города вымер....На мгновение Михаил даже возревновал, что Тася словно бы и не чувствует к нему ничего, но тотчас одернул себя: дурак, у тебя есть средство все вернуть! И начал осторожно плести словесную сеть, в которую Тася не могла не попасться:
– Зато теперь все хорошо, Люльке здесь нравится, вон цветы выращивает…
Тася слабо улыбнулась. Глаза ее в лунном свете были такими нежными… Сколько же раз луна освещала их любовь!
Говоров не выдержал, схватил Тасю за плечи:
– Тася! Иди ко мне!
Но она вывернулась, отскочила, однако не убежала, остановилась, будто чего-то ждала."
"«Она не может уйти!» – понял Говоров и вымолвил с мольбой:
– Тася… я к тебе приду сегодня?
– Нет! – отшатнулась она и убежала в дом.
Светлое платье вспыхнуло в лунном луче – и погасло…
Говоров угрюмо отвернулся.
Тася на цыпочках взбежала на второй этаж и прокралась к комнату Лили.
Голубые лунные квадраты лежали на полу.
Тася опустилась на колени около кровати. Смятенное сердце сразу утихомирилось, что-то такое легко окутало душу: счастье, покой и еще что-то… Тася не находила слов. Потом вдруг вспомнила, как бабушка говорила, постояв на коленях перед иконой: «Благодать снизошла неземная!»
Вот оно, слово. Благодать снисходила на Тасю, когда она смотрела на свою девочку, на родинку на ее щеке, на сомкнутые ресницы и чему-то улыбающиеся во сне губы.
Не удержалась – легонько поцеловала Лилю, но та вздохнула, заворочалась, и Тася, побоявшись напугать ее, если вдруг проснется, вышла из комнаты, унося в душе это ощущение благодати.
Только это нужно ей, только это!
Она ушла к себе, разделась и легла, блаженно глядя на такие же лунные квадраты, как те, которые лежали на полу в комнате Лили. Можно было представить, что они вместе. В одной комнате.
Как же давно она не была так счастлива!
Внезапный стук в дверь развеял чары.
Снова стук – и голос Михаила:
– Тася…
Дверь дрогнула. Наверное, он подергал ее в надежде, что Тася оставит открытой.
Да что же он делает?!
– Тасенька, ну я же знаю, что ты не спишь!
Тася сжалась в комок, нахмурилась.
Нет, это невозможно. Невозможно! Во что он хочет превратить их жизнь?!
Сделать из Таси ночную игрушку? Днем она будет прислугой хозяйки и хозяйской дочери, а ночью – любовницей хозяина?
Говоров не переставал стучать. Он не верит… конечно, он не верит. Он думает, Тася не выдержит.
Хочется не выдержать! Хочется забыть о гордости, обо всем забыть.
Мишенька, любимый мой… Как рвется к нему тело, рвется сердце, рвется душа!
Нет. Нельзя!
«Не открывай, – приказала себе Тася. – Не открывай!»
Этот стук, снова этот стук!
Да ведь он Варвару разбудит!
Так оно и вышло. Варвара долго молилась, медленно укладывалась, а только начала задремывать, как вдруг раздался какой-то негромкий стук.
Что такое?
Вскинулась. Прислушалась.
