Чужой своим не станет

Ее улыбка в какой-то момент заслонила собой все прежние переживания. Даже Зоя была где-то далеко.

– Ты мне всегда казался таким серьезным.

– Возможно, так оно и было. С того времени я мало изменился. Во всяком случае, внешне.

– У меня есть малиновое варенье, – объявила Татьяна, доставая из небольшого шкафчика маленькую стеклянную баночку.

– Мое любимое! Откуда такая роскошь? – невольно удивился Романцев, наблюдая за сияющим лицом Татьяны.

– Принес политрук, товарищ Воронцов… Позавчера вернулся из отпуска, вот и поделился.

Татьяна отвернула крышку. По блиндажу распространился благоухающий запах сладкой малины.

– Наверное, он к тебе неравнодушен?

– Все не так, – отрицательно покачала головой Татьяна, – просто он добрый… У него большая семья… Старшего сына недавно тяжело ранили. Сейчас он лежит в куйбышевском госпитале. Товарищ Воронцов к нему туда и ездил. А ты не стесняйся, ешь варенье.

Тимофей аккуратно, краешком ложки подцепил красное лакомство. Попробовал. На языке остался довоенный вкус счастья.

– Какой аромат! Знаешь, это варенье напомнило мне мое детство.

Вот сидит он в блиндаже у красивой девушки, пьет чай, пробует малиновое варенье, разговаривает с ней и совершенно не ощущает никаких угрызений совести. А Зоя находится где-то далеко и даже ничего не подозревает.

– У меня тоже такое чувство. Именно такое варенье я ела до войны в Ленинграде.

– Значит, у нас общие вкусы.

Чай допит. Самое время подняться, тепло распрощаться с хозяйкой и выйти из блиндажа. Не следует осложнять ситуацию, ни к чему все эти обязательства, да еще в его положении.

Вот только уходить никуда не хотелось. Тимофей поймал себя на том, что пытается отыскать причину, чтобы задержаться еще на какое-то время. Возникало ощущение, что они не договорили, не объяснились, осталось исполнить нечто важное, что на всю оставшуюся жизнь свяжет их обоих.

Опять возникла пауза, какая случается перед очень важным разговором. Почему с Зоей у него не получается так, как с этой девушкой? Вроде и знает-то Татьяну немного, а такое впечатление, что половину жизни просидел с ней в этом блиндаже, попивая чаек и заедая его малиновым вареньем.

– У меня есть и покрепче, – произнесла Татьяна.

– Спирт?

– Да. Жалко, конечно, что не коньяк.

– Тогда, может, за встречу? Все-таки мы знаем друг друга не первый год.

– Хороший тост. Где же он у меня? – она поспешила в дальний угол, выдвинула аккуратный ящичек, сколоченный местными мастерами. – Ага, нашла! – произнесла обрадованно. – Жалко, что нет стаканов, – не то пошутила, не то всерьез пожалела девушка.

– Такой тост, конечно, требует обстоятельности, – легко согласился Тимофей, – но думаю, что из металлических кружек тоже будет хорошо. Может, я попробую, хоть поухаживаю за тобой немного.