Демон внутри меня

Мама кричала. Ей было больно.

«Почему она ТАК кричит?! Что он делает? А если…он убьет ее?» – Кай не знал, что ему делать. Глянув одним глазком, он увидел еще более жуткую картину.

Его мамочка была покрыта синяками. Он сглотнул.

– ХВАТИТ! ПЕРЕСТАНЬ! О да, Уилл… – он не понимал, как маме может нравиться то, что отец делает с ней. Это выглядело, как убийство, которое он видел по телевизору. Однажды. И мельком.

– Я люблю тебя, люблю тебя, люблю тебя, – вдруг начала выкрикивать мама, и Кай впал в настоящее замешательство.

Я люблю тебя.

Это именно те три слова, которые мама говорила ему перед сном. Она говорила их и папе иногда, но обычно это случалось, когда он дарил ей цветы и подарки.

Он видел, как они ругались прежде. И она кричала, что ненавидит его. Кай знал, что любовь – это хорошо. Ненависть – плохо.

Но сейчас они ругались, а мама все равно любила его.

Мальчик ничего не понимал в этом мире.

Малышу хотелось защитить Ханну, потому что он увидел капли крови на полу. Ее ноги были в крови. Ее губы.

Мамочка…

Ну зачем ты так, папа…?!

– Нет, Уилл! Нет! Нет! Это правда «НЕТ»! Уилл, это не ты! Вернись ко мне! Уилл, не надо! Опять?! Нет, нет, все же закончилось… – вдруг закричала она, и снова что-то упало. Кай не выдержал.

Он выполз из тени, и даже страх перед ползучими тварями не остановил его.

Мальчик вышел в центр амбара и закричал:

– Папа! ОТПУСТИ МАМУ! – и когда его отец Уилл Стоунэм обернулся, он смотрел на него особенным взглядом.

Кай сразу узнал его.

Уилл смотрел на него так, будто Кай не был его сыном. Будто он и вовсе не знал этого ребенка.

То, что было дальше…Кай не запомнил. Запомнил только то, что с того дня у него начались провалы в памяти.

Но у него был Деймон. Его лучший друг, его плоть и кровь. Деймон всегда прикрывал его провалы в памяти и перед родителями.

Деймон был для него всем. Он всегда был рядом.

С ним он мог разделить боль, о которой не помнил. Но Деймон знал, что произошло. Он все видел…

Лейла

Во сне мной овладевала гармония. Легкость. Если там и были кошмары, то они куда безобиднее реальности, которая поджидала меня, когда я открывала глаза.

Все расплывалось перед моим взглядом, наверное, слезы до сих пор остались на моих ресницах, а может, я и во сне не прекращала плакать.

Мне трудно пошевелиться. Все тело болит так, словно каждая косточка под кожей сломана."

"Каждая мышца горит, лишний раз напоминая о том, что со мной произошло накануне.

Тебе понравится трахаться. Рано или поздно тебе все понравится. Ты сама будешь просить меня о том, чтобы я связал тебя. Поверь.

– Ни…ни… – срываюсь на хрип, пытаясь в пустоту прошептать слово «никогда», но ничего не выходит. Я потеряла много крови, во рту развернулась Сахара, а тело давно обезвожено.

Тянусь к стакану с водой, но это стоит мне титанических усилий.