Демон внутри меня

Как я себя чувствую? Как будто в меня затолкали бейсбольную биту и оплевали!

– Что? Настолько больно? – Кай шлепает меня по щеке – не сильно, но это выглядит как явное напоминание о том, что мне лучше держать свой язык за зубами. – Малышка, я не хотел, – он внезапно переходит на нежный и чувственный шепот. – Я пришел к тебе с маленькой черной папкой. С разговором. Ты разбудила во мне зверя. И помни, никогда, – Кай делает акцент на этом слове, вновь глядя на меня взглядом, который мне уже хорошо знаком. Таким взглядом можно развернуть войну. Или убить. У этих зеленых глаз нет дна. – Не называй меня психом. Иначе то, что случилось между нами, покажется тебе детской забавой, – его рука опустилась к моей замученной шее.

– За что? – едва шевеля губам отозываюсь я.

– Ты знаешь.

Кай опускается рядом со мной. Это выглядит даже странно. Со стороны может показаться, что мы влюбленная пара: я недомогаю, а он присел на мою кровать, чтобы позаботиться обо мне.

Но эта «картина» вновь меняется на диаметрально противоположную:

– Опусти плед. Сама. Слушайся, подчиняйся. Давай. И простыню тоже. Покажи мне себя, – приказывает Кай непоколебимым тоном.

Веки дрожат, сердце ломает ребра. Вены проступают на лбу и шее. Я не хочу показывать ему себя. Да, он уже все видел, но…не так.

Понимая, что могу разбудить в нем зло, я повинуюсь. Пусть смотрит, хотя, вряд ли у него проснется совесть, когда он увидит, что натворил.

– Зачем? – срывается с губ, когда я опускаю и простынь, и плед до пояса. Кай задумчиво рассматривает отпечатки своих рук на моих ребрах. Это правда выглядит жутко. Почти как шрамирование.

На доли секунды в его глазах что-то вспыхивает. Удивление? Злость? Непонимание? В общем, нелогичные для насильника, который сделал все это сам, чувства. И в то же время…желание.

Я тоже умею читать твои мысли, Кай Стоунэм.

– Я одарил тебя всем, Лейла. Не забывай. Я не кинул тебя в холодную и сырую комнату в подвалах этого дома. С крысами. Я вознес тебя до уровня гостьи. Ты жила в прекрасных условиях, как гребанная принцесса. Красивая одежда, вкусная еда. Ты не можешь не согласиться с тем, что я не проявлял к тебе жестокости. Не так ли?

Его слова загнали меня в тупик.

Трудно с ним поспорить. Как искусно он преподносит мне эту чертову информацию. Не придерешься. Из его уст это звучит совсем иначе, благодаря его опьяняющему и умеющем убеждать голосу.

– Я не люблю, когда девушки отказываются от моих подарков, – его голос звучит маниакально-озабоченно. «Подарки» и их приятие явно его больное место. – Ты меня разозлила, – смотрю на него и поражаюсь, как этому человеку удается оставлять свой голос ровным и мягким, при этом таким угрожающим, что волоски на коже встают дыбом.

Это искусство.