Дикая орхидея прерий

Он был сыном местного пастора. Причем не первым. Так что Питеру была одна дорога - в духовную семинарию, а потом служить пастором. Но парень взбунтовался, его никогда не привлекала духовная стезя. И начал обучаться кузнечному делу. Выучился он не только лошадей подковывать, но и фигурные ограды местным помещикам ковать и разные фигурки. Зарабатывал он неплохо. Но в любом случае, пожениться им бы никто не позволил. Хотя бы просто потому, что он был протестантом, а она чистой католичкой.

И тогда влюбленные решили бежать из Британии. Они оба слышали об огромных пустых землях на западе, которые только начали заселяться.

Питер собрал свой наиболее ценный инструмент, остальное продал, сказав отцу, что хочет купить новый, Катаржина увязала в узел свои наиболее приличные платья. Исчезли они прямо с ярмарки, сев в проходящий мимо дилижанс. Так, на перекладных, они и добрались до Новых земель. Осели в довольно крупном поселке, Питер опять открыл кузню. Поставили дом и стали жить семьёй. Там и родились трое детей - старший Кеннет, главный помощник отца, затем я, Елена, помощница матери, потом Майкл или по-домашнему, Майки. Он увлекался лошадьми, все мечтал стать ковбоем и участвовать в родео. Мать обучала меня всему, что знала сама, она оказалась довольно авторитарной и жёсткой женщиной. Она всегда заранее просчитывала, выгодно это для семьи или нет, соответственно и поступала. Отец ей никогда не перечил. Единственное, на чем он стоял твердо - дети должны уметь стрелять и девочка тоже. Он и приохотил меня к стрельбе. Мальчишки были довольно равнодушны научились стрелять и ладно. А мне было интересно. Несмотря на то, что винчестер был тяжеловат для девчоночьих ручонок. С увлечением палила и из кольта, с ним было проще.

Беда грянула, когда мне исполнилось тринадцать лет. Я и сама не замечала, что фигура и внешность мои начали меняться. Из нескладного, угловатого подростка я постепенно превращалась в маленькую, стройную девушку, блондинку с голубыми глазами, румянцем на щеках, ну и всем полагающимся. В тот день мать отправила меня в лавку, надо было купить масла и кукурузной муки. Когда я шла домой с покупками, остановилась у колодца, где о чем-то толковали жительницы. А я просто устала, да ещё идти до конца поселка (по традиции, кузницу всегда ставили на краю селения, ну и дом рядом отец построил).

Внезапно все замолчали и начали торопливо расходиться. Только я замерла сусликом у колодца, не понимая, что происходит. И никому в голову не пришло затащить глупую девчонку к себе в дом. Вдруг послышался шум голосов, ржание лошадей, в нос шибануло запахом табака и немытых тел. Я подняла глаза. Вокруг колодца и меня кружили на лошадях человек шесть мужчин, все обросшие и сомнительно ""благоухающие"".