Дикая орхидея прерий

Немного итальянского.

- Простите, а какое у вас образование?

- Университет Пенсильвании.

Я едва удержалась от того, чтобы по-плебейски присвистнуть. Даже в мое время это был очень престижный университет, а уж сейчас... Да нам просто сказочно повезло! Парень с таким образованием, знаниями языков, и согласен жить у нас, даже не спросив о жалованье видно, у него это был последний шанс. Национализм на Севере явный. Хотя, может, и не согласится на наших бандитов. И я сразу сказала:

- Видите ли, сеньор Эухенио, вы нам всем подходите, вопрос подойдем ли мы вам? Мы только вчера вечером приехали, и оказалось, что мальчиков у нас не двое, а трое.

Наши сорванцы украли своего друга, им показалось, что с ребенком плохо обращается мачеха. И они притащили его в большом чемодане из-под игрушек. Теперь они наказаны, кроме Хосе конечно, сидят в своей комнате. Для них это худшее наказание, которое можно придумать. Питание у вас будет вместе с нами, насчёт жалованья я узнаю среднее по городу, такое же будет и у вас.

Глава 26

- Так что, сеньор Эухенио, если мы вам подходим, то вы можете ехать за своими вещами и заселяться.

- Не надо никуда ехать, все мои вещи со мной.

И он показал на стопку книг, перевязанную бечёвкой, и небольшой узелок с одеждой. И впрямь, видимо, мы были для парня последней надеждой.

И он залихватски, с мальчишечьей гордостью добавил:

- Ночи сейчас теплые, последние две я ночевал под мостом. Квартирная хозяйка выгнала меня из комнаты. Нет денег - нет жилья. Вот, пальто забрала.

Я бы не сказала, что вчера ночь была теплой, дождь весь день шел. Господи, да парнишка, небось голодный, а я тут болтологии развожу.

Так появился у нас сеньор Эухенио Санчес, весёлый и простодушный испанец, но тем не менее, оказавшийся знающим и строгим педагогом.

Он умел обучать мальчишек даже во время прогулки. Мои обормоты, рассчитывавшие, что они и из него будут веревки вить, как из бабки с дедом, жестоко ошиблись. Веревки не получились, и они прибегали к нам с отцом жаловаться. Отец прочел им нотацию о пользе учения, я по-простому, по-сермяжному, пообещала им ремня из отцовских штанов. Или отнять купленные для них пони (для всех троих, между прочим). Согласились на ремень. И теперь после обеда каждый день под наблюдением, мальчишки осваивали искусство верховой езды, хвалясь друг перед другом статьями своих буцефалов. Только Хосе не хвастался, но в его глазах горел такой восторг, что было ясно все без слов. У мальчика впервые в жизни было что-то свое, купленное только для него. И, в отличие от моих, учился он старательно, молча, без всяких жалоб. Да и кто раньше мог заниматься с ребенком? Неграмотная бабка или полуграмотный дед? Мачехе он и вовсе был не нужен. Кстати, письмо я написала и отправила, но, когда получу ответ и получу ли история умалчивает.