Эрагон. Книги 1-4

Но согласилась только женщина. Её звали Селена. Увы, впоследствии она горько пожалела об этом. Судьба её оказалась суровой и жестокой. Но я думаю, она этому не поверила… во всяком случае, сразу не поверила…

Буря чувств поднялась в душе Эрагона, у него даже слезы на глазах выступили.

— Селена… — прошептал он. Так звали его мать. «Неужели это была она? Неужели её судьба оказалась настолько страшной, что она была вынуждена бросить собственного ребёнка?» — А ты помнишь, что тогда предсказала ей? — спросил он, голова у него кружилась.

Анжела покачала головой и вздохнула:

— Это было так давно… Да и память у меня уже не та, что прежде.

И потом я бы все равно не сказала тебе этого, даже если б помнила. Такие знания предназначены только для того, чью судьбу предсказывают магические кости. Повторю лишь, что судьба её была очень печальна, и я никогда не забуду, какое у неё было лицо, когда она узнала…

Эрагон даже глаза закрыл, пытаясь справиться с охватившим его волнением.

— Чего это ты жалуешься на память? — спросил он, не слыша собственных слов. — Ты ведь совсем и не старая.

На щеках Анжелы появились симпатичные ямочки.

— Я польщена! Но ты заблуждаешься: я значительно старше, чем кажусь. А то, что выгляжу молодой, так все благодаря моим травкам. Я ведь только ими и лечусь, когда мне худо.

Эрагон улыбнулся и подумал: «Если уж моя мать сумела вынести приговор судьбы, так и я сумею».

— Ладно, бросай кости! — произнёс он почти торжественно.

Лицо Анжелы посуровело. Она взяла кости обеими руками и сжала их в кулаках. Глаза она закрыла, губы её беззвучно шевелились. Вдруг она громко воскликнула:

— «Манин! Вирда! Хагин!» — и бросила кости на расстеленную ткань.

Они упали кучкой, посверкивая в неярком зеленоватом свете."

"Произнесённые Анжелой слова эхом отдались у Эра-гона в ушах, он сразу понял, что это слова древнего языка. Раз Анжела пользуется магическими заклятьями, значит, она наверняка ведьма! Она не солгала: это настоящая магия! Минуты показались ему часами — Анжела довольно долго разбирала выпавшие знаки.

Наконец она выпрямилась, тяжело вздохнула и утёрла пот со лба. Потом вытащила из-под прилавка бурдюк с вином и предложила Эрагону:

— Хочешь глотнуть? — Он отрицательно помотал головой.

Она пожала плечами и сделала несколько глотков прямо из бурдюка. — А ты был прав. Твою судьбу действительно оказалось трудно прочесть, — призналась она, утирая рот. — И пожалуй, предвидеть её заранее невозможно. Никогда не встречала человека, у которого знаки судьбы были бы настолько запутаны. Впрочем, мне все же удалось кое-что узнать.

Солембум спрыгнул на прилавок и устроился рядом с Анжелой и Эрагоном, с интересом наблюдая за обоими.

— Начнём с этой, — сказала Анжела, указывая на одну из костей.