Эрагон. Книги 1-4

Потом, стараясь не думать больше о гибели Кар­на, Роран сосредоточился на самой насущной проблеме — на тех солдатах, что медленно поднимались сейчас с земли на южном краю площади.

Вардены, впрочем, тоже начинали вставать, и Роран крикнул:

— Скорей! За мной! Лучшей возможности у нас не бу­дет! — Некоторые вардены были серьезно ранены, и он при­казал: — Помогите раненым встать и поставьте в центре, но пусть никто не отстает и никто здесь не остается! Никто! — Он чувствовал, как дрожат у него губы, да и голова раскалы­валась от боли, словно накануне он пил всю ночь.

Услышав его призыв, вардены стали быстрей подни­маться с земли и поспешили к нему.

— Карн погиб? — спросил Балдор.

Роран кивнул и поднял свой щит. Остальные последова­ли его примеру, образовав нечто вроде мощной движущейся стены, своей непробиваемой стороной обращенной к врагу.

— Хорошо бы у Холстеда под рукой не оказалось друго­го мага! — пробурчал Дельвин.

Как только вардены приготовились к атаке, Роран крикнул:

— Вперед! Марш! — и они двинулись через площадь.

То ли командир у имперских воинов был хуже, то ли сами они сильней пострадали от взрыва, но отчего-то они не суме­ли так же быстро, как вардены, прийти в себя и напоминали скорее растерянную толпу.

Роран что-то проворчал и, пошатываясь, отступил на шаг назад, когда в его щит вонзилось копье. Рука, держав­шая щит, сразу онемела, и он, опустив щит и размахнув­шись, ударил молотом по застрявшему копью. Но молот от­скочил от древка, не сломав его!

Какой-то солдат, возможно, тот же самый, что и мет­нул копье, воспользовался этим и с мечом в руке бросился на Рорана, метя ему в шею.

Но и это отчего-то вышло у него неудачно. Роран почти не видел острия меча, и удар пришелся мимо. Тут бы он, наверное, и погиб, если бы костяшки его пальцев, сжимав­шие молот, не скользнули по тупому краю лезвия и не от­вели меч на несколько сантиметров в сторону.

Огненная полоса боли ожгла правое плечо Рорана. Пе­ред глазами у него вспыхнул желтый огонь, в боку точно молнии заплясали. Правое колено подогнулось, и он упал ничком."

"Под ним был камень. Вокруг — ноги сражавшихся. Эти ноги то и дело спотыкались о его тело, но ему некуда было отползти, чтобы укрыться от ударов. Собственное тело ка­залось Рорану раскисшим, не способным сопротивляться и действовать; у него было такое ощущение, словно он, как муха, угодил в вязкий мед.