Эрагон. Книги 1-4

Эрагон никогда еще не видел Насуаду настолько потря­сенной и испуганной.

— А где же… — только и сумела вымолвить она, беспо­мощно разведя руками.

И Эрагон указал ей на земляной пол в углу палатки.

Насуада удивленно подняла брови, потом кивнула и встала, почтительно поклонившись в ту сторону и при­ветствуя невидимого Глаэдра. Затем они мысленно обме­нялись обычными светскими любезностями. Насуада по­интересовалась здоровьем Глаэдра и спросила, не могут ли вардены обеспечить его чем-то для него необходимым. Эти вопросы заставили Эрагона изрядно понервничать, но Глаэдр вежливо объяснил ей, что здоровье у него в пол­ном порядке, а что касается помощи, то ему ничего от вар­денов не нужно, однако же ему весьма приятно, что Насуа­да проявляет о нем такую заботу.

«Мне ведь больше не нужны ни еда, ни вода, — сказал он ей. — Чаще всего я просто сплю, но не в том смысле, в каком вы понимаете сон. Мое единственное удоволь­ствие теперь и единственное утешение состоят в том, что я хоть чем-то могу способствовать свержению проклятого Гальбаторикса».

И Насуада ответила, что прекрасно понимает его чув­ства, ибо и сама их испытывает.

"Затем она спросила у Глаэдра, не знает ли он какого-ни­будь способа, который мог бы помочь варденам захватить Драс-Леону, не положив при этом несметного количества людей и, как она выразилась, «не отдавая Эрагона и Сап­фиру на растерзание Гальбаториксу и Муртагу, точно свя­занных и приготовленных для жарки цыплят».

Она довольно долго разъясняла Глаэдру сложившуюся ситуацию, пользуясь при этом массой специальных терми­нов, и он в итоге ответил ей так:

«К сожалению, простого решения этой проблемы у меня нет. Но я еще подумаю над этим.

Явно разочарованная его ответом, Насуада некоторое время молчала. Затем, прижав ладони к груди, она поблаго­дарила Глаэдра, распрощалась со всеми и ушла, осторож­но обойдя голову Сапфиры, лежавшей у входа, и стараясь к ней не прикасаться.

Эрагон был отчасти даже рад, что она ушла, и, вздох­нув с облегчением, сел на краешек своей лежанки, а Арья устроилась на низеньком трехногом табурете. Эрагон вы­тер ладони о штаны, чувствуя, что они, как, впрочем, и все его тело, липкие от пота, протянул Арье бурдюк с водой, который она с благодарностью приняла. Когда она утоли­ла жажду, Эрагон тоже с наслаждением сделал несколько больших глотков. После их затянувшейся тренировки ему ужасно хотелось есть.