Эрагон. Книги 1-4

Украшенный самоцветами королевский шлем Ори­ка сверкал в солнечных лучах, а сам он размахивал своим боевым молотом Волундом, и гномы кричали, неотступно следуя за ним: «Вор Орикз корда!», что на их языке означа­ло: «Слава Молоту Орика!»"

"Шагах в сорока от Орика сражалась королева эльфов Имиладрис. Она подобно урагану обрушивалась на врага; красный плащ летел за нею, как крылья; ее сверкающие до­спехи сияли, как звезды, на фоне темных тел. Точно у нее над головой висел в воздухе белый ворон, никогда ее не покидавший. Роран пока что успел не так уж много видеть ее в бою, но это сильно его впечатлило; Имиладрис пря­мо-таки потрясла его воображение своим мастерством, свирепостью и храбростью.

Пятеро солдат, выскочив из-за угла дома, бросились на Рорана, чуть не сбив его с ног. Они что-то кричали, держа свои копья наперевес, и все пытались надеть его на них, точно жареного цыпленка на вилку. Роран пригнулся, ушел в сторону и, метнув копье, сумел пронзить одному из солдат горло. Тот некоторое время простоял на ногах, но, поскольку дышать он не мог, потом все же упал под ноги своим соратникам.

Роран, воспользовавшись их временным замешатель­ством, принялся колоть и рубить направо и налево. Но один из солдат все же сумел нанести ему удар копьем в пра­вое плечо, и Роран ощутил знакомый отлив энергии, по­скольку его магическая защита неожиданно сработала.

Он был несколько удивлен этим. Всего несколько мгно­вений назад никакая магическая защита не помешала какому-то солдату ребром щита разнести ему всю левую щеку. Совершенно не понятно было, что творится, и хоро­шо бы, думал Роран, все это как-то разрешилось в ту или в иную сторону.

Однако прикончить двоих оставшихся солдат Роран не успел: в воздухе засвистела сталь меча, ставшего поч­ти невидимым, так быстро его вращали над головой, и го­ловы солдат покатились по мостовой, сохранив на лицах прежнее удивленное выражение. А перед Рораном воз­никла травница Анжела в каких-то странных, зелено-чер­ных доспехах; в руках она держала меч, а рядом с нею, как всегда, обреталась пара котов-оборотней — один в обли­чье девушки со странными полосатыми волосами, остры­ми, совершенно кошачьими, окровавленными зубами и с длинным кинжалом в руках, а второй в зверином обличье.

— Роран! Как я рада тебя видеть! — воскликнула с улыб­кой травница, хотя улыбка эта показалась ему какой-то чересчур радостной, если учесть дергавшиеся у них под ногами обезглавленные тела.