Эрагон. Книги 1-4

Я таких видел только при дворе Гальбаторикса — впрочем, не таких! Все эти графини и герцогини в сравнении с нею простые скотницы!

Эрагону от этих хвалебных речей стало не по себе, его вдруг охватили дурные предчувствия. Ничего страшного, уговаривал он себя, не стоит торопиться с выводами. Она просто ему нравится, и все, однако ощущение близкой беды не покидало его, и он, пытаясь от него отделаться, спросил:

— И долго ты ещё намерен тут прятаться? Муртаг беспечно пожал плечами и спокойно ответил:

— Пока я довольствуюсь тем, что могу как следует отдохнуть. У меня нет причин искать себе другое убежище или соглашаться на проверку у Двойников.

ТЕНИ СГУЩАЮТСЯ

Сапфира разбудила Эрагона, ткнув его носом в плечо и слегка оцарапав жёсткой чешуёй. — Ох! — невольно вскрикнул он и сел на постели. В пещере было темно, лишь от затенённой лампы исходил неяркий свет. Зато снаружи сотнями цветов сиял Исидар Митрим.

У входа в пещеру, заламывая руки, топтался какой-то гном. Он явно был чем-то встревожен.

— Тебе срочно надо идти, Аргетлам! Большая беда! Аджихад зовёт тебя! У нас нет времени!

— Что случилось? — спросил Эрагон.

Но гном только помотал головой, борода его тряслась:

— Скорей! Большая опасность — каркна брагха! Поспеши!

Эрагон пристегнул к поясу Заррок, схватил лук и колчан и принялся седлать Сапфиру.

«Поспать спокойно не дают!» — ворчала она, присев, чтобы он смог на неё взобраться, и вылетела из пещеры.

У ворот Тронжхайма их уже ждал чрезвычайно мрачный Орик.

— Скорее, тебя все ждут! — И они поспешили уже знакомым путём в рабочий кабинет Аджихада.

По пути Эрагон засыпал гнома вопросами, но Орик отмалчивался и сказал лишь:

— Я и сам толком ничего не знаю. Подожди, Аджихад все тебе расскажет.

Дверь кабинета распахнули двое дородных стражей. Аджихад склонился над картой, расстеленной на столе. В кабинете находились Арья и незнакомый Эрагону воин с обнажёнными волосатыми ручищами. Аджихад поднял глаза на Эрагона:

— Хорошо, что ты пришёл! Знакомься, это Джормундур, мой заместитель. — Когда они обменялись приветствиями, Аджихад продолжил: — Я велел разбудить вас пятерых, потому что нам грозит страшная опасность.

В кабинете воцарилось молчание. Первым пришёл в себя Джормундур. Он витиевато выругался и стал задавать вопросы. Орик не отставал от него, и только Арья хранила молчание. Аджихад жестом велел им умолкнуть:"

"— Тихо! — сказал он.