Эрагон. Книги 1-4

Он стрелял до тех пор, пока одна из стрел не разлетелась вдребезги, ударившись о камень, спрятавшийся под корой. После этого ничего другого не оставалось — только ходить туда-сюда по уже натоптанной тропинке от валуна на краю обрыва до того места, где он устроил себе убежище.

Вдруг в лесу, чуть ниже его тропы, послышались шаги. Схватив лук, Роран спрятался и стал ждать. Но вскоре вздохнул с огромным облегчением, увидев Балдора, и радостно замахал ему рукой.

— Почему же столько времени никто не приходил? — немного обиженно спросил он."

"— Так мы из деревни выйти не могли, — сказал Балдор, усаживаясь и вытирая пот со лба.

 — Солдаты просто глаз с нас не спускали. Едва подвернулась возможность удрать от них, я сразу к тебе и пошёл. Хотя, если честно, я ненадолго. — Он опасливо глянул на сумрачную гору, нависавшую над ними, и вздохнул. — И как только у тебя смелости хватает тут жить! Я бы давно сбежал. Тебя тут, случайно, волки, медведи или пумы не беспокоят?

— Да нет, все нормально. А эти солдаты ни о чем таком не болтают?

— Один вчера вечером хвастался у Морна, что, мол, их отряд специально выбрали, уж больно дело им поручено тонкое.

(Роран нахмурился.) Хотя ведут они себя не особенно осторожно. Каждый день двое или трое в стельку напиваются, а в самый первый день сразу несколько человек так «накушались», что чуть всю харчевню не разнесли. Бедняга Морн!

— Они хоть заплатили ему за это?

— Да ты что? Конечно нет!

Роран, не отрывая взгляда от деревни, задумчиво сказал:

— Знаешь, все-таки трудно поверить, что Империя послала в такую даль специальный отряд только для того, чтобы меня схватить. Что я им? Или, может, им кажется, что я что-то важное знаю?

Балдор тоже посмотрел в сторону деревни.

— Сегодня раззаки допрашивали Катрину. Кто-то им сказал, что у вас с ней любовь, и они, естественно, очень интересовались, не знает ли она, куда ты подевался.

Роран с тревогой уставился на Балдора:

— Они с ней ничего не сделали? Не напугали?

— Ну, чтобы её напугать, этих двоих маловато будет, — заверил его Балдор. И прибавил осторожно: — Может, тебе стоит подумать над тем, не сдаться ли им?

— Да я скорее повешусь и их с собой прихвачу! — От возмущения Роран вскочил и снова забегал по тропинке.

 — И как только у тебя язык повернулся такое сказать! Ты ведь знаешь, какой муке они моего отца подвергли!

Балдор остановил его, схватив за руку, и сказал:

— Ну, а если эти солдаты так никуда и не уйдут? Ты что, век тут будешь прятаться? Они ведь скоро догадаются, что мы им солгали и на самом деле ты где-то скрываешься. Такого Империя не прощает.

Роран вырвал руку, резко повернулся, но потом, словно передумав, вдруг сел на землю. «А ведь если я не объявлюсь, — думал он, — раззаки обвинят первого попавшегося.