Эрагон. Книги 1-4

Но тут с другого конца лагеря к нему бросилась Сапфира, делясь с ним собственным запасом сил. А мгновение спустя и серебряный молот перестал нагреваться и быстро остыл. Эрагон ещё немного подержал его на ладони и снова сунул под рубаху.

«Нас ищут враги», — уверенно заявила Сапфира.

«Враги? Неужели это кто-то из тайного общества колдунов Дю Врангр Гата?»

«Я думаю, Хротгар наверняка сказал Насуаде о том, что Ганнел сделал для тебя магический амулет… А может, это и вообще была её собственная идея… И об этом кто-то узнал!»

Арья нахмурилась, когда Эрагон рассказал ей о том, что произошло.

— Нам нужно как можно скорее добраться до Эллесмеры, чтобы ты уже мог начать своё обучение. События в Алагейзии развиваются слишком быстро, боюсь, ты не сможешь уделить занятиям столько времени, сколько следует.

Эрагону хотелось ещё поговорить с ней на эту тему, но разговора не получилось: Арья настояла на том, чтобы немедленно покинуть стоянку. Имущество они побросали в лодки, костёр затоптали и снова продолжили свой путь вверх по реке Гаэне.

Примерно через час Эрагон заметил, что река становится все шире и глубже.

— Как же мы тут пройдём? — спросил Эрагон, чувствуя на лице холодную водяную пыль.

И Лифаэн указал ему на левый берег реки, где чуть дальше водопада на крутом склоне виднелась тропа.

— Лодки и все остальное придётся перенести на руках, и довольно далеко — с пол-лиги. Только там река вновь становится проходимой.

Разделив припасы на пять кучек, они рассовали провизию по мешкам, и Эрагон удивлённо вскрикнул, приподняв свой мешок, ибо он стал раза в два тяжелей, чем обычно.

«Я могла бы перенести все это», — предложила Сапфира, выбираясь из воды на топкий берег и отряхиваясь.

Эрагон повторил всем её предложение, и Лифаэн просто в ужас пришёл.

— Ни за что! Использовать дракона как вьючное животное! Да нам бы никогда такое и в голову не пришло. Это же позор для тебя, Сапфира, и для тебя, Эрагон. Ты ведь все-таки Шуртугал, Всадник! Нет, это было бы грубым нарушением законов нашего традиционного гостеприимства!

Сапфира презрительно фыркнула; тонкий язык пламени вырвался из её ноздрей, и над поверхностью реки тут же повисло облачко тумана.

В наступившей тишине вдруг раздался чей-то звонкий смех, похожий на трель пересмешника. Эрагон обернулся: смеялась Арья. Он впервые слышал, как она смеётся, и смех её показался ему обворожительным.