Эрагон. Книги 1-4

 — Ступай вместе с Гертрудой, помоги ей с покупками и в случае чего обеспечь защиту. А если придётся совсем туго, постарайся все же ничего особенно рискованного не предпринимать, иначе вызовешь тревогу у местных и поставишь под удар свою семью и остальных беглецов.

Мандель отбросил со лба кудрявую прядь и молча кивнул. Потом они с Гертрудой свернули в переулок, а Роран и остальные продолжили свой путь."

"Роран обладал терпением хищника, сидящего в засаде, но и он начал притоптывать ногой от нетерпения, когда миновали утро и полдень, но им так и не удалось найти корабль, который мог бы переправить их в Сурду.

Они узнали, что тот большой трехмачтовик называется «Крыло дракона» и только что спущен на воду. Он готовился к своему первому плаванию, и у беглецов не было ни малейшего шанса зафрахтовать его у компании «Блэкмор» — за это следовало уплатить целую кучу золота, причём не какого-нибудь, а червонного, изготовленного гномами. На самом деле у беглецов не было денег даже и на самую никудышную посудину. Угонять барки Кловиса тоже, пожалуй, не имело смысла; тем более что пока без ответа оставался вопрос о том, что они будут есть в пути.

— Украсть что-нибудь тут весьма затруднительно, — вслух размышляла Биргит, — уж больно много вокруг солдат, да и дома стоят слишком тесно, а у каждых ворот по сторожу. К тому же, если мы попытаемся вывезти из Тирма столько продовольствия, стражники тут же захотят выяснить, куда мы направляемся.

Роран кивнул: Биргит была права.

Он уже предлагал Хорсту свой вариант решения этой проблемы: если они будут вынуждены покинуть Тирм, имея в своём распоряжении лишь остатки прежних припасов, то придётся устроить набег, чтоб запастись продовольствием.

Роран, конечно же понимал, что, совершив это преступление, они уподобятся раззакам, тем чудовищам, которых сами так ненавидят, и мысль об ограблении была ему отвратительна. Да и у других, наверное, на такое не хватит духу. Одно дело сражаться и убивать слуг Гальбаторикса или даже угнать у Кловиса барки — Кловис не пропадёт, он человек не бедный, — но грабить фермеров, тяжким трудом добывающих свой хлеб, подобно самим жителям долины Паланкар, уже больше похоже на предательство.

Роран чувствовал, как тяжело на сердце. Их затея и так была весьма опасной, и спасали их лишь страх, отчаяние да надежда, что в самый последний момент все же найдётся какой-нибудь выход. Но теперь Рорану казалось, что он зря завёл односельчан прямо в логово врага, когда они связаны по рукам и ногам собственной бедностью.