Физрук

Потрудитесь не покидать город, в противном случае придется отобрать у вас подписку о невыезде.

И товарищ в сером удалился. Сева скользнул по моему лицу невидящим взором и вернулся в подсобку. Я понял, что ловить мне здесь нечего и как простой покупатель побрел по другим отделам. Понятно, почему «лучшие люди города» так много пьют. У них нет уверенности в завтрашнем дне. Все их влияние, деньги, роскошная по меркам этого времени жизнь — не имеют под собой надежного фундамента, потому что закон и общественное мнение не на их стороне.

Сделав этот глубокомысленный вывод, я умудрился купить довольно неплохой спортивный шерстяной костюм, несколько рубашек и так по мелочи — носки, трусы, майки. Отоварившись, направился домой. Выгрузив покупки, решил сходить пообедать в ту же самую «Пельменную», в которой кассирша не хотела разменивать мне стольник. Сегодня она тоже работала. Взглянула на меня злобно, но промолчала. И правильно сделала. У меня сегодня тоже не было настроения ставить на место разных визгливых дур.

А вообще странные перепады настроения стали посещать меня. То ли это процесс приспособления организма, а следовательно — центральной нервной системы — к вторжению в него чужой души, то ли душа Шурика на самом деле никуда не делась, она лишь подавлена более сильной волей Володи Данилова. А вдруг ситуация изменится и Сашок вытеснит меня из своего тела? Это было бы чрезвычайно неприятно. Не хочется мне умирать, я уже пробовал.

Нет, это никуда не годится! Надо как-то развеяться… Где-то у меня завалялась бумажка с телефоном Людмилы Прокофьевны… Я покопался в карманах куртки и нашел ее.

Номер она нацарапала сама, после нашего милого приключения в кинотеатре. Держа бумажку наперевес, я пошел искать телефон-автомат. Как же все-таки неудобно без айфона в кармане! Да что там — айфона, сейчас даже простенький кнопочный мобильник я счел бы чудом прогресса, но придется терпеть еще лет пятнадцать."

"Вставив двухкопеечную монету в прорезь с бортиками на торце телефона-автомата, я набрал номер.

Ответили далеко не сразу. Я уже решил, что дома никого нет и хотел повесить трубку, выудив неиспользованную монетку, как вдруг в трубке раздался щелчок и две копейки провалились в прожорливое металлическое нутро.

— Алло! — сказал я.

— Здравствуй, милый! — бархатно ответили на том конце провода.

Ого… Узнала меня по голосу сразу?

И сладкое тепло прокатилось по моему-не моему организму от слухового органа к тому, что расположен ниже.

— Привет! — откликнулся я.