Физрук

Хозяин вручил мне гостевые тапочки, и я пошлепал за ним в гостиную, откуда доносились веселые голоса. Здесь была почти вся съемочная группа: Алька, Толик, сестра и брат Красильниковы, наши художники, они же декораторы Верочка из восьмого «А», Фархад из девятого «В» и Леша из десятого «Б», а также Алевтина и Кира, Машины подруги и сотрудницы. И это, как оказалось, еще не все.

Не успел я толком обменяться рукопожатиями, как в комнате появилась Лиля Красавина и… Серега Зимин. Наверное, пацаны привели. Он в последнее время совсем замкнулся в себе. Его то и дело таскали к следователю, правда, не в уголовку, а к директору школы.

По такому случаю Пал Палыч уступал им свой кабинет. О чем мой ученик разговаривал со следаком, я и не знал, да и никто не знал — тайна следствия. Однако мне не нравились эти долгие беседы, на которые пацана срывали с уроков.

Если речь идет лишь о том, что Серега залез в аптеку за лекарствами для больной матери — о чем они тогда так долго толкуют? Чуял я, что дело оказалось нешуточным и обросло новыми подробностями. Самое обидное, что и расспросить нельзя. Попробовать, разве, через Витька?.

. Завтра же спрошу у него, можно ли выяснить в чем там дело? Нельзя парню жизнь поломать. Он, конечно, тот еще оторвыш, но из таких правильные мужики вырастают, а из тихонь — сволочи. Я кивнул Красавиной и она мне улыбнулась, что меня обнадежило.

— Так, товарищи! — объявил Карл. — Теперь, когда все собрались, объявляю программу вечера. Сначала, как водится, новогоднее застолье. Потом творческие развлечения, по принципу, каждый желающий покажет то, во что горазд. После — потанцуем. И всегда приветствуется роскошь, а именно — роскошь человеческого общения.

Народ одобрительно загудел, приветствуя эту немудрящую программу. Стол, что стоял в центре гостиной, был раздвинут, накрыт красивой скатертью и уставлен блюдами. Были здесь и знаменитые рунгеновские яства из немецкой кухни — запеканка картофельгратен, квашенная капуста зауэркраут, и сосиски — вюрстхен, но были и обыкновенные русские пельмени, пирог с капустой, оливье и селедка под шубой. Из напитков — коньяк и водочка для мужчин, вино для дам и лимонад для подрастающего поколения.

Мне и самому, признаться, не слишком хотелось спиртного, но нельзя было не поддержать хозяина.

Пришлось все-таки опрокинуть рюмку—другую. Благо, закуска была столь сытной, что выпивка скорее будоражила кровь, нежели туманила мозги. Была произнесена масса различных тостов, в том числе и от наших актеров. Много шутили и рассказывали анекдоты, из тех, которые можно рассказывать при дамах и детях. Понятно, что и те и другие сами знали множество анекдотов, не предназначенных для женских и детских ушей, но тем не менее, приличия были соблюдены.