Фавориты Фортуны

Но поддастся ли он на провокацию? Получу ли я повод привлечь его к суду? Нет! Он умен и держит себя в руках. Конечно, он мне не нравится. А тебе? У него хватило наглости смешать мой род с грязью!

Хватит о младших трибунах. Нужно бы что-нибудь сказать о более важных людях, например о старших легатах. Но боюсь, что не могу припомнить ничего интересного.

Я слышал, ты занялся брачными делами и нашел Помпею знатную жену. Если у тебя есть время, может быть, подберешь невесту и мне. С тех пор как мне исполнилось тридцать, я все время в отъезде. Теперь я почти достиг преторского возраста, а у меня до сих пор нет жены, не говоря уж о сыне, который продолжит мой род.

Беда в том, что я предпочитаю хорошее вино, хорошую еду, хорошую компанию тому сорту женщин, на которых должен жениться Лициний Лукулл. К тому же я люблю очень молоденьких, а где найти такого отца, который отдаст за меня тринадцатилетнюю? Мой брат отказывается быть сватом, поэтому можешь вообразить, как я был счастлив узнать, что ты занялся этим делом.

Я люблю тебя и скучаю по тебе, дорогой Луций Корнелий."

"В конце марта Марк Минуций Терм прибыл из Пергама.

Он поддержал Лукулла в его желании атаковать. Когда он услышал подробности о вифинском флоте Цезаря, то расхохотался, хотя Лукулл не мог понять, что же здесь смешного. Его жизнь отравляли жалобы высшему начальству о непокорных, действующих ему на нервы младших военных трибунах.

Однако существовал очень древний и неписаный армейский закон: если человек является постоянным источником неприятностей, поставь его в бою на такое место, где его определенно убьют. И, планируя нападение на Митилену, Лукулл решил последовать этому старому армейскому правилу.

Цезарь должен погибнуть. Лукулл будет командовать предстоящим сражением. Терм останется только наблюдателем.

Для военачальника было обычным делом созвать всех своих офицеров на последний военный совет перед боем. Но в данном случае это вызвало кривотолки. Многие посчитали странным увидеть на совещании младших военных трибунов. Они причиняли особенное беспокойство, и было ясно, что военачальник не доверял им. Обычно они служили курьерами под командованием старших трибунов, и таковыми Лукулл и назначил их в конце совещания.

Кроме Цезаря, которому он холодно сказал:

– Ты – шило в заднице, но я заметил, что ты трудяга. Поэтому я решил назначить тебя командиром специальной когорты, составленной из самых худших элементов бывшей армии Фимбрии. Эту когорту я буду держать в резерве, пока не увижу, где сопротивление противника самое яростное. И тогда я пошлю ее именно туда. Твоя задача как командира – переломить ситуацию.

– Ты – покойник, – сказал Цезарю Бибул с самодовольным видом, когда они сидели у себя после совета.