Фавориты Фортуны

Они хотят возмещения ущерба от имени жителей городов Феспия, Элевсин и Орхомен. Этим городам Гай Антоний Гибрида причинил ущерб. Его жертвы не могут зарабатывать себе на жизнь, иметь детей, вступать в брак. Чтобы поддерживать и заботиться о них, требуются очень большие суммы. А это не по силам жителям поименованных городов, и мои клиенты считают, что Гай Антоний Гибрида должен заплатить. Это гражданский иск, praetor peregrinus.

– Тогда представьте ваши свидетельства вкратце, чтобы я мог решить, принять ли дело к производству."

"– Суду и судье, которого ты назначишь, я представлю показания восьми жертв и свидетелей жестокости.

Шестеро из них – жители Феспии, Элевсина и Орхомена. Двое живут в Риме. Один – вольноотпущенник. Еще один – сириец по национальности.

– Почему показания будут давать римляне, адвокат?

– Чтобы подтвердить суду, что Гай Антоний Гибрида продолжает истязать людей, praetor peregrinus.

Два часа спустя Варрон Лукулл принял иск и залог от греков. Гаю Антонию Гибриде было велено явиться в суд утром следующего дня, чтобы ответить на обвинение. После этого Варрон Лукулл назначил судью.

Публий Корнелий Цетег. Сделав каменное лицо, Цезарь внутренне возликовал. Блестяще! Судья очень богат, и Цезарь крепко понадеялся на то, что его нельзя купить. Это был человек культурный и такой утонченный, что плакал, когда умирала рыбка в аквариуме или любимая собачка. Человек, который покрывал голову тогой, чтобы не видеть, как отрубают голову цыпленку на базаре. И главное, этот человек не любил Антониев. Посчитает ли Цетег, что коллегу-сенатора следует защитить любой ценой, что бы он ни совершил? Нет! Кто угодно, только не Цетег! В конце концов, для обвиняемого не возникает риска потерять римское гражданство или быть сосланным. Это гражданское дело, и ставка – только деньги.

Весть быстро разлетелась по Римскому форуму. При появлении Цезаря у трибунала претора по делам иноземцев немедленно собралась толпа. По мере того как Цезарь вызывал все больший интерес, перечисляя увечья, нанесенные Гибридой своим жертвам, толпа росла, с нетерпением ожидая завтрашнего слушания: неужели действительно можно будет увидеть такие ужасы – мужчину с содранной кожей и женщину, у которой так вырезаны внутренние половые органы, что она даже мочиться как полагается не в состоянии?

О суде уже знали дома, как Цезарь понял по выражению лица матери.

– Что за новость я услышала? – сердито спросила Аврелия. – Ты выдвинул обвинение против Гая Антония Гибриды? Это невозможно! Кровное родство!

– Нет никакого кровного родства между Гибридой и мной, мама.

– Его племянники – твои братья!

– Они – дети его брата, а кровная связь – через их мать.