Измена. Предательство (не) прощается

— Не надо её ни к какому доктору! — с порога доносится язвительный голос свекрови. — Я ей уже рисовый отвар сварила.

Я глубоко вздыхаю, стараясь не обращать внимания на её слова.

— Спасибо, что позаботились о Маше, — выдавливаю из себя, даже не оборачиваясь. — Дальше я сама.

— А кто бы её поил и успокаивал, если не я?! — начинает снова свекровь, но Андрей появляется в дверях и громко говорит:

— Мам, хватит уже! Твоё такси приехало.

Она недовольно поджимает губы, но, к счастью, замолкает. Я осторожно проверяю лоб Маши — на ощупь он чуть тёплый, но не горячий.

— Мамочка, я не хочу к доктору, — всхлипывает малышка и жмётся ко мне теплым комком. — Я боюсь. Бабушка сказала, что если я не буду пить вон то скользкое, то мне уколы ставить будут.

Прости господи, какая идиотка!

— Не будут. Я тебе обещаю. Доктор только животик посмотрит и всё.

— Не хочу! Не хочу! — малышка начинает бить кулачками по кровати.

— Ладно. Давай так, я засекаю время – один час и если ты еще раз сделаешь мне беее, то мы поедем в больницу и покажем твой животик. Хорошо? — спрашиваю её, стараясь говорить мягко.

— Да, — кивает она, уткнувшись мне в плечо.

— Тогда давай ты выпьешь ещё немного воды, хорошо?

Маша морщится, но послушно берёт стакан, который я ей протягиваю.

— А теперь отдыхай, — говорю, укрывая её одеялом. — Я рядом.

Маша устало кивает и закрывает глаза, а я осторожно встаю и выхожу в коридор, где меня уже ждёт Андрей.

— К врачу поехали. Пусть посмотрят, всё ли в порядке.

— Маша боится потому что твоя разлюбезная мать её напугала.

— Надо было просто взять трубку и не пришлось бы звонить матери.

Андрей, не дожидаясь моего ответа, достаёт телефон из кармана.

— Ну чего же ты? Подними, — тихо говорю, не скрывая ни раздражения, ни легкой иронии. — У вас там, наверное, что-то срочное.

Он бросает на меня быстрый взгляд, будто пытаясь прочитать по моему лицу, шучу я или на самом деле жду, что он это сделает. Телефон продолжает звонить, неумолимо напоминая, что от прошлого не убежишь."

"— Андрей, давай уже. Зачем тянуть? — добавляю, скрестив руки на груди.

Он сжимает телефон в руке, будто от этого звонок мог прекратиться. Но спустя пару секунд с нажимом принимает вызов и отворачивается.

— Да, Свет… — его голос становится почти механическим.

Я не двигаюсь. Словно укоренившись на месте, остаюсь стоять в коридоре, наблюдая за его реакцией. Её голос не слышен, но я вижу, как Андрей морщится, прикрывает глаза и, слегка потеряв терпение, прикладывает руку ко лбу.

— Что случилось? — раздраженно спрашивает он.

Следует пауза.