Хозяйка приюта, или Я не твоя жена, дракон!

Не учи, мол!

— Что случилось? — повторила я.

— Так ты в самом деле хочешь показать нас на этой ярмарке? — выпалила она, подходя ближе. — Как цирковых уродов?

Я нахмурилась.

— Нет. Я хочу…

— Неважно, чего ты хочешь! — отрезала Мелисса, блестя глазами, которые казались черными в свете стоящего на моем столе канделябра. — Воспримут все это именно так! Отродья — среди нормальных людей! Вот же уроды!

— Мел…

— Что?! Давай, скажи, что я неправа! Какой у тебя план? Просто выстроить нас в ряд — и заставить жонглировать яблоками, кувыркаться — или что там еще делают в цирке уроды или медведи?

Я окончательно перестала понимать, что происходит. Кажется, Мелисса была единственной из детей, кому моя идея с ярмаркой понравилась. Или нет? Она передумала?..

— А что ты предлагаешь? — осторожно спросила я.

На лице Мелиссы появилось удовлетворенное выражение."

"— Нам нужно шоу! Драматургия! Спектакль! Нам нужен катарсис!  Как ты не понимаешь? Нельзя просто так выйти на сцену — и ждать, что зритель тебя полюбит! Тем более скептически настроенный!

Оу. С драматургией я сталкивалась только в рамках утренника для четырехлеток, где Баба Яга крадет подарки и Новый год под угрозой срыва. Иными словами, совершенно в этом не разбиралась.

— А ты знаешь что-то об этом?! — осторожно спросила я. Кажется, я поняла, к чему она клонит.

— Конечно! Законы драмы, целая жизнь на сцене — как об этом можно не знать?! Моя мама — знаменитая актриса, отец — режиссер, известный на все королевство, я все детство провела в театре и однажды тоже стану… тоже… стану...

Мелисса осеклась, а меня больно резануло это “все детство”, сказанное вскользь двенадцатилетней девочкой, как и то, что она “готовилась”. Готовилась стать похожей на маму? А потом на этом пришлось поставить крест? Из-за ее дара?

Она поджала губы и отвернулась. Вытерла что-то с лица.

— Мелли… — Я обратилась к ней именем, которое чаще всего использовали дети — до сих пор я не решалась за ними повторять. — Мелли, послушай…

— Это вы послушайте! Мои родители от меня отказались, но я все равно… Я все равно Мелисса Макмайер! У меня в жилах их кровь, я не какая-нибудь там селянка неотесанная! Я осталась собой и я… Я всем покажу, чего я стою! И я не дам вам загубить наше выступление!

Я отложила перо, подалась вперед и серьезно спросила:

— Что ты предлагаешь?

***

Я и оглянуться не успела, когда наш дом превратился в филиал столичного театра. Мелисса подошла к делу со всей серьезностью. В одной из комнат на втором этаже теперь располагалась “сцена”, сколоченная генералом Реннером из досок. У нее был даже “занавес” — шторы из старых запасов, настолько ветхие, что их даже Долорес не стала воровать. Сейчас они пришлись очень кстати.

У детей появились “роли” и “реплики”.