Хозяйка приюта, или Я не твоя жена, дракон!

Глава парламента, чем-то похожий на Аба, разве что в миллион раз более заносчивый, не удостоил меня и взглядом. Он был человеком, но считал меня ужасной выскочкой из-за того, что я, видите ли, лезу в политику.

Ничего, потерпит.

Секретарь церемонно протянул мне перо. Так, осталось отдышаться. Не хватало только кляксу поставить!

Кто-то в толпе закашлялся, явно пряча смех. Кто-то, ага. Подняв взгляд, я увидела, разумеется, Мелиссу. Она стояла рядом с остальными детьми, недалеко от стола, и беспардонно надо мной смеялась.

Невыносимая девчонка!

Говорила я Алану, покупать ей театр — это как-то перебор! Нет, я не отрицала, что Мелисса талантлива. Но ее нельзя баловать, с ее-то характером. Ладно-ладно. Конечно, я это не всерьез. Только баловать ее и нужно.

Поймав мой взгляд, Мелисса широко улыбнулась и жестом показала мне расправить плечи и повыше вздернуть подбородок.

“Мам, это же как пьеса! — наставляла она меня накануне. — А ты — главная героиня! Все должно быть эффектно!”

“Мелли, это просто формальность”, — ворчала я.

“Мам!” — возмущались дети все хором и снова принимались доказывать мне, как я неправа.

Что мне нужны платье, речь, прическа и все остальное. Что парламентарии сожрать меня готовы из-за того, сколько веса в политической жизни страны я вдруг приобрела. Король мне благоволит, за канцлером я вообще — замужем… Возмутительно!

“Мама, как ты не понимаешь! — возмущалась Бетти. — Это исторический момент не только для всех неблагих — но и для всех женщин!”

Остальные кивали.

Вырастила и обучила на свою голову.

Сейчас, если присмотреться, в лукавой улыбке Мелиссы можно было рассмотреть напряженность. Ничего удивительного: через неделю состоится премьера в ее собственном театре. Ее собственной пьесы.

“Отродья”.

“Ты уверена?” — спросил Алан, когда она только об этом заявила.

“Конечно, я планирую ввести побольше комедий, — поспешила Мелисса. — Любовных историй, может быть, приключений… иначе широкого зрителя мне не привлечь. Это просто… просто начало, пап! Нужно громко заявить о себе. К тому же, это уже проверенный сюжет, он сработает, я уверена!”

Больше всего Мелисса волновалась о том, что может “подвести” Алана. Что такой щедрый подарок — театр! — пропадет даром, что пьеса провалится, а дело в итоге окажется убыточным.

Хотя дело, конечно, было не только в этом.

О родителях она не говорила. Никто из нас о них не упоминал, фамилия Макмайер никогда не произносилась в нашем доме. Их театр по-прежнему был популярен, они жили припеваючи и мы даже сталкивались несколько раз на светских приемах."

"Впервые это случилось около семи лет назад. Когда неприязнь к неблагим уже немного ослабла, нам с Аланом удалось уговорить девочек появиться на весеннем балу во дворце.