Хозяйка приюта, или Я не твоя жена, дракон!

Что?! Это что еще за новости?

— Вы кто такой? — спросила я у валяющегося на полу моей спальни темноволосого мужчины.

В скудном свете настенной керосиновой лампы, падающем из коридора — только в этот момент я поняла, что забыла ее погасить, — я едва могла его разглядеть.

Мужчина лежал на полу, тяжело дыша, и был абсолютно голым.

Какая, однако, насыщенная у меня жизнь! Позавчера — развод с драконом, сегодня — голый мужчина в спальне.

А что дальше? Боюсь подумать, с такой-то стремительностью.

Когда глаза привыкли к тусклому свету, я поняла, что в спальне у меня не мужчина, а скорее юноша, ему лет восемнадцати от силы. Так-так, интересно. Значит, юноша-оборотень. В приюте для неблагих детей.

Он тяжело дышал и пытался подняться — но ему как будто что-то мешало, как будто невидимый купол.

— Убирайся отсюда! — по-волчьи рыкнул он, повернувшись ко мне. Глаза блеснули.

Снаружи раздался хлопок двери, топот — и в дверях появилась сонная няня Урсула.

— Ласточка! Ла… — Она закричала. — Ах ты безбожник! Ты куда полез! Вот я тебя сейчас!

Няня Урсула бочком протиснулась в комнату, подлетела к потухшему камину и, схватив кочергу, замахнулась на юношу.

— Ах ты развратник!"

"— Стоп-стоп! — Я бросилась наперерез, изо всех сил пытаясь не смеяться.

Это няня Урсула прибежала мою честь защищать?

Сразу видно — няня! С ней не забалуешь.

— Стой, подожди! — Я удержала ее руку, чтобы она не причинила боли нежданному визитеру.

Выражение лица няни Урсулы было самым воинственным.

— Я вас обоих убью! — прорычал юноша. — И обглодаю ваши кости!

Он попытался броситься на нас — не смог.

Как интересно.

Кажется накинула на него что-то вроде охранного купола. Понять бы еще, как я это сделала.

До сих пор я думала, что мой дар — маскировка, смогла же я спрятать метку истинности. Но, похоже, дело тут в другом. Может, я скорее могу… создавать что-то вроде барьеров, самых разных?

И снова — очень интересно. Получится ли у меня поставить защитный купол вокруг приюта? Учитывая, как здесь все относятся к неблагим детям, это будет не лишним. Нужно будет об этом подумать.

— Кто ты такой? — спросила я.

Кое-какие подозрения у меня были, но я не спешила ими делиться.

У няни Урсулы на этот счет было другое мнение.

— Знамо кто, ласточка! — вспыхнула няня. — Ходок из деревни! Ишь, расхрабрился! Узнал небось, что тут девка молодая одна, без мужчины, — и влез! Ух я тебя сейчас! — Она грозно потрясла кочергой. В отличной она все-таки форме для своего возраста. — Ишь ты! Ласточка, а ну-ка — сбегай в город за полицией, пока я за этим присмотрю! Они-то тебе покажут, как свой уд молодым леди показывать! Сошлют-то тебя на каменоломню — там-то ты и попляшешь! Там-то тебя научат жить!

Мне стало смешно.

— Няня Урсула…

— Нет! — раздался крик от двери.