Краденое счастье

Кроме того, в пятьдесят лет силы уже не те, неизвестно, хватит ли их на то, чтобы выкопать могилу. Уничтожить хочется только Стрельникову, женщину, воплотившую в своей жизни все несбывшиеся мечты. Но следует отвести от себя даже тень подозрения, поэтому прежде надо убить минимум двух случайных успешных и богатых сучек, чтобы направить следствие по версии маньяка. Ну и для подстраховки на всякий случай ненавязчиво предложить кандидатуру маньяка. Именно тонко и ненавязчиво, чтобы следователь почувствовал себя очень умным и не торопился расставаться с прекрасной версией, иллюстрирующей его невероятный профессионализм.

Галеристку и завкафедрой не жалко. Они и так получили уже слишком много от жизни, превысили лимит.

Зиганшин скрипнул зубами. Он не хотел погружаться в темную и душную логику серийного убийцы, но уже ничего не мог с собой поделать.

«Человек-родник», – сказал про Галину Ивановну Колдунов. Да, так и есть, это объективно. Она многое давала миру, ничего не получая взамен. Бегала на каких-то дурацких соревнованиях, чтобы поддержать престиж школы, а эта самая школа не дала ей даже маленькой поблажки на контрольной.

Спасала людей в зоне боевых действий и не получила даже скромной должности завотделением. Говорят, если ты делаешь добро бескорыстно, оно обязательно к тебе вернется. К маме Гале не вернулось. Она не обрела счастья в семье и детях, ни в чем не преуспела.

Зиганшин вспомнил один свой давний разговор с Русланом. «Понимаешь, дело даже не в нашем мастерстве, – говорил приятель, – не в том, что мы там филигранно вырезали аппендицит или еще что-нибудь заштопали. Человек поправляется, потому что мы передаем ему энергию, и потом эта энергия должна к нам вернуться в виде благодарности.

Не обязательно конверт, а просто человек должен почувствовать благодарность и найти способ донести ее до доктора. Может, статью в газету напишет, или пирог спечет, или там носки свяжет, без разницы, но врач должен возместить свои потери. Сейчас этого не происходит, люди не только забирают от доктора энергию, необходимую для выздоровления, но и норовят качнуть еще лишку с помощью жалоб на врача и обращений в прокуратуру. Вот и получается, что доктор дает, и дает, и дает, и у него уже нету, а он все равно дает, потому что планида у него такая, но в конце концов наступает момент, когда, чтобы продолжать жить, надо запитаться. И вот, не получая хорошую и чистую энергию благодарности, врач инстинктивно ищет грубую энергию скандалов. Отсюда пресловутое хамство докторов, и стремление сделать «чем хуже, тем лучше»."

"Наверное, в какой-то момент Галина Ивановна полностью истощилась, и инстинкт самосохранения толкнул ее на такой жестокий способ восстановиться.