Краденое счастье

Перекинул ему фотографии, не забыв предупредить о тайне следствия, и стал ждать результат.

Через два часа, когда Зиганшин уже подъезжал к дому, Руслан перезвонил с просьбой посвятить в дело Яна Александровича Колдунова, на что немедленно получил согласие."

"Зиганшин сам не мог понять, как относится к Колдунову, с которым судьба свела его в ходе одного запутанного расследования. Для дружбы у них была слишком большая разница в возрасте, кроме того, Ян Александрович вообще терпеть не мог ментов, но иногда Мстиславу Юрьевичу хотелось, чтобы профессор его усыновил, что ли…

Хирурги почти всю ночь просидели над фотографиями, и утром выдали ценнейшую информацию.

По старой кафельной плитке и фрагменту оцинкованного стола Ян Александрович опознал помещение: операционную вивария кафедры оперативной хирургии. За точность он ручался.

Раньше операции на собаках являлись непременным компонентом учебы в медицинском институте, но благодаря деятельности защитников животных лавочку прикрыли, и теперь виварий находился на нелегальном положении. Отдельные предприимчивые доктора подпольно лечили там домашних животных за полцены против пафосных ветеринарных клиник, а с научной целью операции проводились редко, только если доктор разрабатывал принципиально новую методику.

На фотографиях как раз были сняты этапы новаторской операции, и Ян Александрович даже назвал имя аспиранта, занимавшегося этой темой.

Зиганшин доложил новую информацию Лехе, и аспиранта взяли в разработку.

Ярослав Игоревич Михайловский, двадцати шести лет, был единственным сыном академика Михайловского, родившимся у того на склоне лет от молодой жены.

Ярослав отлично учился и выбрал своей специальностью кардиохирургию, проявляя в ней не меньше таланта, чем отец в биохимии. Даже самые злые языки утверждали, что мальчик уникально одарен, а трудолюбие и усидчивость делают его почти гениальным, и вообще молодой Михайловский представляет собой довольно редкое явление вундеркинда в хирургии.

Ему еще не доверяли самостоятельно выполнять операции на сердце, но, начав ходить на дежурства еще во время учебы в школе, Ярослав к получению диплома врача умел виртуозно выполнять все экстренные вмешательства, стал прекрасным диагностом и обладал обширными знаниями в любой медицинской специальности.

Отзанимавшись день на кафедре, Ярослав или шел на дежурство, или отправлялся в морг, где отрабатывал технику на трупах, и научился так шить коронарные артерии, что любо-дорого. Когда утвердили тему диссертации, научный руководитель договорился об операциях на собаках, и Ярослав каждую неделю ездил в виварий. Поскольку все происходило неофициально, ему помогали студенты из научного общества.