КроШа

Мастурбацию Лера считала вполне нормальным явлением, ханжой в этом плане не была. Уж лучше так, чем спать с парнями, которые лишь заявили, что у тебя классная задница, и они не прочь тебя сводить в клуб.

Поэтому она точно уловила момент, когда на её организм подействовал афродизиак. Так ей хотелось думать. Не мужские губы, с упоением её ласкающие столь интимно, что слегка кружилась голова, стоило представить, как они с Сардновым выглядят со стороны. Именно афрозидиак, и точка.

Дыхание сбилось, и самой доставлять интимную ласку стало сложнее. Губы по стволу… К яичкам…Вновь полностью накрыть губами…

Когда жар между ног усилился, Валерия не выдержала и оторвалась от члена Сардынова. Приподняла голову и сильно зажмурила глаза, полностью сосредоточившись на том, что происходило с её телом.

Но кого-то её заминка не устроила, и мужская рука ощутимо надавила на поясницу, давая понять, что ей стоит вернуться к тому, чем она занималась секундой ранее.

Лера вернулась. А что ей ещё оставалось делать? Правда, не замечать разгорающегося пламени в лоне не получалось.

Сама она перестала воспринимать минет, как нечто неестественное.

И когда мужские руки властно потянули её на себя, непостижимым образом разворачивая, она готова была запротестовать.

Что снова не так…

Не успела.

Губы Сардынова впились в её. И это оказалось едва ли не большим удивлением, чем всё то, что происходило между ними ранее.

Всё-таки поцеловал. Яростно. Сильно. Прижимая её к себе, расплющивая её груди о свои стальные мышцы. Лера в одночасье оказалась уложенной на мужское тело. Горячее.

Его поцелуй произвел на неё ошеломляющее действо. Никто никогда не целовал её столь требовательно, умело, точно зная, как прикасаться к губам, как действовать языком, чтобы тебя немедленно, незамедлительно пустили.

И ещё ни разу Лера не чувствовала на своих губах собственный сок.

Она не успевала за Сардыновым. За его желаниями и потребностями. Его губы покусывали её, причиняя легкую боль, чтобы в следующее мгновение провести по ним языком, задабривая. И устремиться вглубь её рта.

Он брал. Требовательно. Не давая шанс на отступление.

У Леры закружилась голова, и она невольно, ошарашенная его напором, начала отвечать. Где-то неумело, где-то робко.

Поцелуй с Сардыновым не был похож ни на один поцелуй из прошлого."

"Когда он оторвался от её губ, и она натолкнулась на яростный взгляд, обращенный на её лицо, оторопела ещё больше, не замечая собственного потяжелевшего дыхания.

— Давай на меня. Давай, крошка, поработай, — от его хриплого, полного страсти голоса, горячая волна прошлась по позвоночнику и присоединилась к тому пламенному очагу, что бесновался у неё между ног.

Повторять не пришлось. Да Лера и не стала ничего уточнять.