Малый уголок

Это ужасно важно.

— Погоди, пока я зажгу лампу."

"При свете фонаря, который держал сторож, он нашел спички и зажег свет. А-Кай, спавший на веранде за дверью в комнату доктора, проснулся от шума и, сев, принялся тереть свои черные, похожие на плоды терна глаза. Фред дал сторожу монетку, и тот ушел.

— Спи, А-Кай, — сказал доктор, — ты мне не нужен.

— Скорее! Пошли скорее к Эрику, — вскричал Фред. — Произошел несчастный случай.

— Какой?

Доктор взглянул на Фреда и увидел, что тот белый как полотно и дрожит всем телом.

— Он застрелился.

— Господи! Откуда ты знаешь?

При первых словах Фреда доктор начал было собираться, но теперь остановился.

— Ты уверен?

— Вполне.

— Если он мертв, что толку мне туда идти?

— Нельзя его так оставить. Пойдите поглядите. О Боже, Боже… — Голос его дрогнул, словно он вот–вот заплачет. — Может быть, вы сумеете как–нибудь помочь.

— Кто там есть?

— Никого. Он лежит совсем один. Придумайте что–нибудь. Ради всего святого, пойдемте.

— Что это у тебя на руке?

Фред взглянул на руку. Она была выпачкана кровью. Он машинально хотел вытереть ее о свои полотняные штаны.

— Погоди! — вскричал доктор, хватая его за запястье. — Пойди смой кровь.

Все еще держа его, доктор взял в другую руку лампу и повел Фреда в умывальню. Это была маленькая темная квадратная комнатка с цементным полом; в углу стояла огромная бочка с водой, которую зачерпывали оттуда небольшим жестяным ковшиком. Доктор набрал полный ковшик воды, дал Фреду кусок мыла и велел ему помыться.

— На одежде у тебя ничего нет?

Он поднял лампу, чтобы посмотреть.

— Как будто нет…

Доктор вылил розовую от крови воду, и они вернулись в спальню. Вид крови напугал Фреда, и сейчас он пытался справиться со своим истерическим возбуждением. Он побледнел еще больше, и хотя крепко стискивал пальцы, доктор Сондерс видел, как отчаянно они дрожат.

— Лучше выпей чего–нибудь. A-Кай, дай джентльмену виски. Без воды.

A-Кай встал и, принеся стакан, налил туда неразбавленного виски. Фред залпом выпил его. Доктор внимательно за ним наблюдал.

— Послушай, мой мальчик, мы в чужой стране. Нам ни к чему иметь неприятности со здешними властями. Я не думаю, что с голландцами будет легко договориться.

— Мы не можем оставить его так, в луже крови.

— Я не ошибаюсь — в Сиднее произошло что–то, заставившее тебя спешно покинуть город? В полиции тебе станут задавать кучу вопросов. Ты хочешь, чтобы они телеграфировали в Сидней?

— Мне все равно. Я сыт всем этим по горло.

— Не валяй дурака. Если он уже мертв, ты ничем ему не поможешь, так же, как и я. Будем держаться в сторонке. Лучшее, что ты можешь сделать, это как можно скорее убраться отсюда. Тебя кто–нибудь там видел?

— Где?

— У дома Кристессена, — нетерпеливо сказал доктор.

— Нет, я пробыл там одну минуту. Я сразу бросился сюда.