Мои сводные монстры

- Никому не скажем, - хрипло обещает Ник.

Я чувствую этот запах - мужской, животный, и это все феромоны, они минуя мозг, бьют сразу в порок и похоть, в тугие сплетения внизу живота, и я ощущаю это - женское влечение к мужчине, в теле хранятся отголоски той ласки, и сладкой дрожи, если от удовольствия хотелось кричать в голос - значит, ошибки не было, вчера я занималась чем-то хорошим и правильным, и я хочу продолжения, хочу твердый член между ног, и чтобы Ник вгонял его в меня так же жестко, как вчера его брат в рот мне.

Я запуталась в них.

Николас приспускает боксеры ниже.

Жду, когда покажется бархатная головка, и от собственных мыслей становится страшно.

- Я не хочу, отпусти, - твержу, себя или его убеждаю - не знаю, и мутнеет в глазах.

- Хочешь, - он тянет ткань еще ниже, и я вижу толстый корень, и черные волосы, я в полубезумии представляю первобытные времена, ни стыда, ни морали, лишь грязная дикая отвратительно-прекрасная бессмертная страсть.

- Дай мне встать, - дергаюсь из последних сил, и перестаю вырываться. - Николас, пожалуйста.

Еще чуть-чуть, и я сама зубами стяну с него трусы, на таком я пределе.

А он знает, что со мной происходит, ослабляет пальцы и ведет ладонью по моему затылку.

- Если бы я захотел, Алиса, ты бы уже стонала и захлебывалась, - он рывком поднимает меня, и отталкивает от себя.

Отлетаю к своей двери. Убираю волосы, прилипшие к губам, и смотрю ему в лицо.

Я почти поддалась. Он прав, миг назад все зависело от него, осознаю свое падение, и щеки огнем горят, а он точно такой же - взъерошенный и красивый, и невозмутимый, в кресле развалился, смотрит в ответ.

- Если можно одному, значит, и другим тоже, - после паузы говорит он. - Виктор не один, нас трое. Ты ведь не глупая девочка, все понимаешь, - он опускает руку вниз, и поднимает с коврика улетевшую пачку, открывает, зубами вытягивает сигарету. - Какая между нами тремя разница, знаешь?

Если бы и знала, не сказала, язык не поворачивается во рту, с трудом сглатываю.

- Умение вертеть хвостиком - это не все, лапушка, подразнить и поулыбаться - ты не на тех нарвалась. - он не закуривает, зажимает сигарету в уголке губ. Смотрит на меня неотрывно. - Я никогда не буду обращаться с тобой так, как сейчас. А они будут.

По коже несутся мурашки. На мне его куртка, на мне его запах. Я слушаю его, и не верю ему больше, играет со мной, словно кошка с мышкой, он такой же, как они, он Рождественский.

- Что ты маленькая, напугал тебя? - его голосу возвращается привычная легкость. Он отбрасывает сигарету и подается ко мне. - Просто доверься, - просит он вкрадчиво, - я тебя не обижу, - обещает.

И я взрываюсь

- Хватит мне лапшу на уши вешать! - рявкаю и машу рукой в окно, - пошел вон.

Он смотрит на меня несколько секунд, мое терпение и так закончилось, он усмехается.