Мои сводные монстры

Глава 40

Алиса

- Если ночью сеть не ловила, то и сейчас не будет, - мудро замечает Вика и открывает очередную бутылку.

Оглядываюсь на нее.

Она развалилась в кожаном кресле, на столике рядом стоит широкий стакан и бутылка спрайта.

Она смешивает виски с газировкой.

- Ты бы лучше подумала, что делать, - встаю на носочки. В вытянутой к потолку руке держу телефон и в надежде смотрю на экран.

Сети нет, мы тут словно в каком-то бункере.

Арон запер нас ночью.

А скоро уже вечер.

- Ничего ты не сделаешь, Алиса, - Вика в раздражении брякает стаканом. - Будем сидеть, пока не состаримся. Спасибо тебе.

- Я разве виновата? - хмурюсь и подхожу. Плюхаюсь в соседнее кресло. - Я откуда знала-то?

Вика не отвечает. Смотрит телевизор и цедит сотый по счету коктейль.

Устало вытягиваю ноги.

Мы не спали почти, я все надеялась, что он вернется, откроет дверь.

Он не вернулся. Зато…

Смотрю на бассейн, на деревянный поддон, и перед глазами мелькают отдельные кадры - женское тело и мужское, мокрые, плотно сплетенные, раскаленный воздух и внутри жар."

"Это здесь случилось, и это был не Виктор. И не Арон, теперь я помню, чуть нахальную улыбку и голос, в котором всегда сквозит смех, и взгляд темных глаз, прямой и открытый, ласковые руки и нежные поцелуи по всему телу, сбивчивое дыхание и глухие рыки, с которыми он терзал меня здесь, на полу.

Это Ник.

Зажимаю ладони в коленях и прикрываю глаза.

Думать об этом нельзя, но было так сладко, так остро, и тут ночью, и потом в лесу, кажется, что ничего страшного не случилось, ведь если это так приятно, почему нельзя вспоминать?

И только я успокаиваюсь, как оживает внутри голос, и он напоминает, что мной просто воспользовались, сначала один, потом другой, и вот теперь закрыл в бане третий.

По ту сторону двери с негромким скрипом отъезжает щеколда.

Переглядываемся с Викой и подскакиваем в креслах. Сжимаю вспотевшие ладони в кулаки и приближаюсь к выходу, сердце колотится быстро-быстро.

Позади брякает бутылка, Вика уронила, она тихо чертыхается себе под нос.

Дверь медленно открывается.

- Алиса?

На пороге вырастает дед. В домашнем костюме темно-зеленого цвета, в руках держит бамбуковый веник, так похожий на тот, которым меня Виктор отшлепал в лесу, и я отшатываюсь.

Он перешагивает порог, в удивлении сдвигает густые брови, посеребренные сединой. Замечает позади меня Вику и сухо спрашивает.

- Что тут происходит?

- Здрасьте, - подруга, покачиваясь, ставит виски обратно на стол. - А происходит то, - она подходит ближе, волосы встрепаны, лицо раскраснелось, в голосе возмущение вперемешку с ядом, - нас тут закрыли. На всю ночь. Ваш дорогой внук.

Дед молчит, и я тоже. Я, вообще, и сама хотела пожаловаться, но раз уж Вика начала я ей не мешаю.