Мои сводные монстры

Она тело не обтягивает, как футболка Виктора, под которой можно все его литые мышцы разглядеть, он не такой качок, как брат, но видно, что тренированный, и фигура у них в целом одинаковая - широкие плечи и узкие бедра - эталон мужской привлекательности и красоты.

Поднимаю взгляд к его озабоченному лицу и закусываю губу, чтобы не усмехнуться, он всерьез спрашивает, не худой ли он, и моего ответа ждет.

- Да, Николас, ты худой, - за меня говорит Виктор и подтягивает к себе пластиковый контейнер с “Цезарем”. - Вилку дай.

Ник брякает приборами по стойке. Наклоняется ближе ко мне.

- Лапушка, поешь пока, - предлагает, - а потом еще раз позвоним. И приедет человечек. Я же не худой?

- Нет, - хмыкаю и беру вилку.

Нас откроют, я не сомневаюсь. Вот только когда, утром?

Кошусь на шашлык и прошу еще нож.

Отпиваю сок и аккуратно режу мясо на кусочки, медленно жую каждый и слушаю разговор братьев.

Обсуждают меня. Мой дом и то, что если я хочу жить отдельно - это мое право, но только дед согласия на брак не даст, и папа на их матери не женится.

И это какой-то почти семейный разговор, тихий, мирный, и при мне, машинально краду помидорку из салата Виктора и ем, и запиваю соком, и, кажется, что если бы они общались так со мной всегда, на равных и прозрачно, без секретов, мы бы подружились.

А потом вспоминаю, что рядом два мужчины, и секс у меня был с каждым. И понимаю, что дружить мы не будем, скорее уж дед решит, что их многовековые традиции ерунда, и во главе семьи встану я.

А еще Виктор, наверное, скоро женится, на Тине. И будут они воспитывать малыша, и Николас женится, и Арон, только я не выйду замуж.

Потому, что не представляю теперь, как и с кем мне целоваться, и обниматься, и как смотреть и слушать, если у этого человека не будет каштановых волос и темных глаз, и фамилии Рождественский.

- Вкусно? - Ник усмехается, заметив, что я тянусь ко второму кусочку шашлыка. Вытирает губы салфеткой и берет телефон. - Кетчуп забыл, - он спохватывается и поднимается, набирает номер и отходит к холодильнику. Ставит передо мной стеклянную бутылку с соусом. Хмурит брови, прижимая телефон к уху. Смотрит на Виктора. И ведет подбородком. - Он сотку выключил. Абонент недоступен.

Сжимаю бутылку с кетчупом.

Всё, не приедет человечек.

Перевожу взгляд с одного брата на другого. Ник убирает телефон в карман и поворачивается ко мне, улыбается.

- Ты ешь, лапушка, - в его голосе тепло и спокойствие, - надо подкрепиться. А потом мы найдем, чем заняться.

Глава 45

После обещания, мол, мы найдем, чем заняться - поняла, что, в общем-то, наелась.

Поднимаюсь из-за стойки и оглядываюсь в студии. Шагаю в сторону видеокамер на штативе.

- Умеешь снимать, Алиса? - Ник неслышно подкрадывается сзади, одной рукой легко косается талии. Другой машет в сторону аппаратуры и светильников.