Моя Рогатая Практика

Маркус уже приступил к своей речи.

– Мной были зафиксированы неоднократные вспышки безумия Императора, – Маркус был обращен лицом к представителям Большой палаты и стоял к нам спиной, потому пропустил наше появление."

"Канцлеры зашептались. Было очевидным, что я прибыл на Совет со своей истинной парой. Леонард приподнялся в своем кресле и хрустальный бокал с водой хрустнул в его руках. Он сверлил Ириду почти ненавидящим взглядом. Маркус замолк, обернулся через плечо, мгновенно помрачнев при виде Ириды. И лишь Валадир де Актавис – голубоглазый демон водной стихии – остался вполне спокоен.

В этот момент поднялся Люцис. Несмотря на то, что ему предстояло сделать, выглядел он решительным, даже воодушевленным. Я же провел Ириду к трибуне канцлеров большой палаты. От Ириды доносились сильные переживания и волнение, но внешне она оставалась невозмутима.

– Обвинения весомы, но запоздали. Сегодня и я хотел выступить, – начал Люцис. – Ноксис де Игнис обрел свою пару и готов принять на себя бремя артефактов.

/Ирида Каори/

Сердце гулко билось в груди. Было не по себе находиться в центре зала Совета, ощущать десятки взглядов: изумленных, любопытствующих, ненавидящих. Предупреждение богини не покидало мыслей. Что-то должно произойти. Я ощущала нависшую над нами опасность всеми фибрами души. Но откуда ждать удара? Я не знала, потому было так страшно.

Канцлеры громче зашептались, когда Люцис объявил о том, что мы с Ноксисом истинные. Кажется, только идиот не понял, что собирается сделать Император. Добровольная передача власти – переворот без поединка. Император признает сильнейшего. Матушка-Земля, Ноксис станет Императором, а я… Даже думать не могу об этом. Уж точно это не моя мечта. Но я буду там, где мой мужчина, рядом с ним. Я выбрала его, потому должна принять и его жизнь.

Люцис вдруг резко замолк, подался вперед, коснувшись ладонью лба. Я видела, как вокруг него мельтешат зеленым светом уже знакомые мне споры. Их впрыснул один из камней массивного медальона на шее Императора. Это же артефакт власти. Неудивительно, что я ничего не нашла в гардеробной, говорят, Император редко расстается с артефактом.

– Нокс, медальон! – я встряхнула руку Ноксиса, указывая на Люциса.

Вокруг Императора вспыхнуло пламя, взгляд покинула осмысленность. Ноксис сразу бросился к брату, пытаясь в один удар обездвижить его. Похоже, поединку все же быть. Люцис выскочил из-за трибуны, мимоходом отмахиваясь от заклинаний Ноксиса.

Сиениты вокруг меня рухнули на пол, кривясь от боли. Кто-то сжал мою ладонь, в рывок развернул к себе. И тогда я столкнулась с торжествующим взглядом желтых глаз советника. Он с усмешкой указал на мою ладонь.