Наследник для миллионера

Теперь, когда я отвлеклась от родов и сына, на меня нахлынули кошмарные воспоминания, которые казались мне чем-то нереальным. Не настоящим. Начиная с выстрела в Александру, заканчивая резкой болью в животе и пояснице.

Пока меня везли в роддом, я дважды в дороге теряла сознание. Роды начались в карете скорой помощи, но, слава богу, меня успели довести до родзала. Я очень сильно переживала, что что-то пойдёт не так. Но, как хорошо, что мы справились. Малыш родился. Крепким и здоровым. Настоящее чудо спасло и увело нас от беды!

За дверью послышался торопливый топот и шумные голоса.

— Я хочу немедленно её увидеть!

— Мужчина, подождите! Мужчина!

Дверь родильного зала распахивается, в комнату влетает запыхавшийся Мирон.

— ДИАНА!

Я всхлипываю.

Он бежит ко мне со всех ног, спотыкаясь, в руках держит гигантский букет роз.

Мирон спотыкается и падает на одно колено, я не сдерживаюсь и испускаю смешок, смущённо прикрывая рот ладошкой.

Ой! Не знаю почему, но сейчас он кажется мне таким милым! Когда весь переполнен волнением.

— Диана… — Мирон рассеяно подходит к кровати и заключает меня в объятия. Целует. Лихорадочно осыпает всё лицо поцелуями. Набрасывается на меня с таким голодным, собственническим напором, что едва не душит. И весь дрожит!

Выглядит слишком взволнованным, таким бледным…

И кто из нас тут только что родил?

— Как ты? Малыш… Я сошёл с ума, когда мне позвонили, — шепчет мне в ушко, ни на миг не может оторваться. Так и продолжает стискивать в объятиях.

— Я нормально, — вздыхаю. — Всё хорошо. Мы в норме.

— Могу я увидеть сына?

Позади слышится младенческий всхлип.

Мирон оборачивается и подходит к акушерке. Она протягивает ему сопящий комочек, завернутый в белую пелёнку. Мирон впервые берет на руки своего сына. Своего первенца. Своего долгожданного наследника.

— Поздравляем, папочка, с рождением сына!

— Как он?

— Просто замечательно! Здоровый, сильный малыш. Помучал правда мамочку немного, а так всё хорошо.

Мирон с особой нежностью берёт в свои сильные руки этот крохотный свёрточек. Я вижу миллиард эмоций на его лице и самые счастливые глаза во вселенной, когда мужчина видит личико младенца.

— Это я… Ну точно я, Дианка! Гляди! Мой нос, губы мои, даже щёки! С ума сойти! Как же я счастлив, с ума сойти!

Все медики, находящиеся здесь, хором смеются, неустанно поздравляя новоиспеченного папочку, а я опять начинаю реветь как белуга, глядя на то, с каким восторгом Мирон смотрит на кроху."

"— Ди, ты чего, Ди? — он с тревогой присаживается рядом на кровать, не выпуская из рук сына. Второй, свободной рукой, обнимает меня за плечи, прижимая к себе.

— Просто эмоции… Слёзы… они сами по себе текут.

— Ну, ну! Всё хорошо, всё просто замечательно.