Наследник для миллионера

Это очень, очень большая проблема!

Если кто-то из них узнает, они захотят избавиться от проблемы. Для Веры я сейчас прямая конкурентка, претендующая на ее счастье, ее мужчину и его деньги.

Вечереет. Я уже подхожу вплотную к поселку и, бродя по улочкам населенного пункта, начинаю расспрашивать у встречных людей про Светлану Дмитриевну Воронцову.

Люди здесь вежливые, но смотрят на чужака с подозрением. Несмотря на это охотно объясняют куда идти.

Деревенька выглядит небольшой, уставшей от жизни, но здесь чистый воздух и зелено. Люди живут достаточно скромно, много недостроек, что-то построено из подручного материала. На пути мне встречаются преимущественно пожилые люди. Иногда складывается такое ощущение, что люди здесь не живут, а выживают.

Такие условия меня не пугают. Хотя я уже привыкла к хоромам Доронина и вот опять приходится, к сожалению, возвращаться в то гадкое время, в котором я жила раньше.

К хорошему привыкаешь быстро…

Испытывать такое очень больно.

Я с трудом нахожу домик любимой няни Светланы. Потратила на это около часа. Там спросила, туда пошла. В итоге, с пятой попытки нашла. Как оказалось, живет тетя Света на отшибе в стареньком, но чистом домике. Держит небольшое, зато своё хозяйство.

Детей, внуков, мужа у нее нет. Возможно, она обрадуется компании. Мне хотя бы несколько дней где-то отсидеться, прийти в себя, придумать другой план. Я очень устала и очень сильно хочу есть. Силы меня покидают, а ноги вообще не держат.

Подхожу к уставшей от жизни деревянной калитке, стучу несколько раз. Слышится лай, в окне первого этажа такого же уставшего от жизни, немного облезлого деревянного одноэтажного домика, загорается свет.

— Жуля, ты чего тут растявкалась? Гости у нас?

Собака немного притихла, а я узнала знакомый, мягкий голос. Внутри поднялась волна радости! Я спасена…

— Кто там?

Скрипит замок на калитке, дверца отворяется.

Я узнаю любимую няню, глаза опять становятся влажными. Она поднимает голову и её уставшее с годами, но по-прежнему доброе лицо, озаряется удивлением и одновременно радостью.

— Дианочка! Господь милый! Это ты, что ли? Ты как здесь очутилась?!

Глава 20.

— Тётя Света!

По щекам хлещут слёзы.

Это она, она!

Я узнала знакомое и любимое лицо… Как давно мы не виделись!

Я бросаюсь к няне со всех ног и заключаю её в объятия. Реву. Реву и не могу остановиться. Хочется поделиться своим горем и рассказать ей, как же мне больно!

Рассказать всё, через что мне пришлось пройти за эти ужасные, безжалостные годы, начиная с того момента, когда я сбежала от отчима, а он повесил на меня уйму долгов.