Наследницы

 — И Саша, когда вновь услышала звуки музыки, повторила: — Боль — как тихая виолончель…

Настенные часы мелодично пробили пять раз. «Что-то мать задерживается. Или Андрюша разыграл меня, когда сказал, что увидел ее на улице?» Но спрашивать сына она не стала — не хотела отвлекать.

Галина Васильевна, погрузившись в свои мысли, не видела, как из окна ей махал внук Полдня она провела на Арбате. День выдался не из легких, но усталости не было. Редкий случай — клиент шел косяком, только успевай доставать новые холсты. Она улыбнулась, представив, как обрадует Сашу своим уловом. По такому случаю сегодня они могли бы и отдохнуть от ночной «бомбежки». Подойдя к подъезду, она вдруг охнула и остановилась, не увидев их машины на привычном месте. Ее бросило в жар, потом в холод. Метнувшись в подъезд, Галина Васильевна попыталась вызвать лифт, но не смогла попасть на кнопку — слезы застили ей глаза. Она кинулась к лестнице. Второй этаж, третий… Сердце бешено колотилось: «Господи, дай силы добраться!» Саша, почувствовав какую-то тревогу, вышла на лестничную клетку.

— Мама! — бросилась она к Галине Васильевне.

— Слава богу, добралась, — едва слышно прошептала Галина Васильевна.

— Что с тобой? Тебе плохо? — поддерживая под локоть, Саша провела мать на кухню.

— Саша, Саша, у нас машину угнали! — Хрипло дыша, Галина Васильевна рухнула на стул.

— Мама, да успокойся ты, — Саша присела перед ней на корточки, — никто ничего не угнал. И говори, пожалуйста, тише. Не слышишь, Андрюша занимается?

— Слава тебе господи. Но тогда где же она?

— Я ее продала.

— Продала? Не посоветовавшись? Разве так можно? Я чуть не умерла…

— Извини, но нужно было быстро решать. — Саша поднялась и, отойдя к столу, стала резать хлеб.

— Зачем ты это сделала?

— Затем, что нам нужны деньги. Гена же сосватал нам хорошего адвоката. Так вот, я ему сегодня звонила, и он сказал, что мы можем выиграть этот процесс.

— Опять ты про это завещание, будь оно неладно. Дай мне корвалол.

— Я решила, — Саша накапала лекарство в рюмочку, добавила воды и протянула матери, — я буду бороться за свою долю наследства. За нашу долю.

— Есть силы — борись, у меня их уже нет.

— Ты всю жизнь себя не жалела, меня не жалела. Хоть Андрюшку пожалей! Нормальных кроссовок купить не можем.

— Да можем. — Галина Васильевна достала из сумочки кошелек. — Смотри, сколько я сегодня заработала.

— А завтра? Через неделю? Через год? Сколько мы еще так протянем? И потом, я не собираюсь отбирать чужое. Мне нужно мое!

— Давай, валяй! Пили Николину гору, дачи, машины, ложки-плошки, воздушные замки.

— Да нет там никаких воздушных замков, мама. Гена же тебе все объяснил.