(Не)желанная. Я тебя не отпущу

— Хорошо, — послушно кивает она.

— Возможно, нам придется целоваться, — продолжаю, едва сдерживая усмешку. — Не как на свадьбе, а более… профессионально.

С наслаждением отмечаю, как глаза Ники широко распахиваются. У меня складывается ощущение, что девочку даже не мацал никто. Удивительно, конечно.

— Но зачем? — хлопает ресницами она.

— Целоваться? — беспечно уточняю я, поправляя прядь ее волос. Шелковистая, мягкая. Задумчиво пропускаю ее сквозь пальцы и продолжаю: — ну, мы же женаты. Периодически придется показывать… свои чувства.

— Я не знаю, — волнуется она. — Мне кажется, это лишнее.

— Расслабься, буду целовать без языка, — объясняю ей с самым серьезным видом. — Все прилично.

На лице Ники отражается целая гамма эмоций. Я читаю ее, как книгу.

— Мы опоздаем, — она отводит взгляд в сторону. Делает вид, что разглядывает обстановку.

— Да, идем, — кусая внутреннюю часть губы, чтобы себя не выдать, отзываюсь я. И, приобняв жену за талию, направляюсь вместе с ней к арочным дверям.

Естественно, целоваться нам необязательно. Если только иногда, когда фоткают папарацци. Но мне все же интересно, касался ли ее губ кто-то еще или я буду первым?

* * *Ника

Презентация еще не началась. В просторном, светлом зале с массивными колоннами, много людей. Они пьют шампанское и беседуют друг с другом, кидая оценивающие взгляды на прибывающих гостей. Золотая тусовка. Или просто клубок ядовитых змей. Но я привыкла. Папа с детства нас таскал на подобные мероприятия. Благодаря этому я чувствую себя здесь спокойно.

Вадим со всеми здоровается и обменивается улыбками. Я тоже улыбаюсь. Строю из себя счастливую жену и «несу свою красоту уверенно».

Даже не верится, что Раевский мне действительно это сказал. Приятно было это от него услышать. Но эта его фраза про поцелуй… до сих пор вгоняет меня в краску! Надеюсь, он не серьезно.

Я же ведь еще ни разу не целовалась. Поцелуй на свадьбе не в счет — там все было более, чем невинно. Я еще и букетом закрывала наши лица — девчонки подсказали сделать именно так, чтобы не целоваться по-настоящему.

У меня сердце из груди вырывается от одной только мысли, что меня может поцеловать этот мужчина. Я и так себе места рядом с ним не нахожу, а тут такое! Да я с ума сойду от волнения! Наверняка, у Раевского появится новый повод меня уколоть после того, как он поймёт, что целоваться я не умею. В свои-то восемнадцать лет… мда, Вероника, отстаешь по всем фронтам.

У меня и парня-то никогда не было. Я вечно занималась учебой и работой по дому. И не дай Бог ужин не будет готов вовремя — тогда получали все сразу. И я, и сестры.

— Выныривай уже из своих мыслей, — раздается горячий шепот над ухом и я вздрагиваю, резко вдохнув аромат дорогого парфюма. — Иди-ка сюда.